– Сидеть!

Время толчком замедлило свой бег, и происходящее в зале стало походить на замедленную театральную пантомиму. Сознание на автомате сформировало вокруг тела защитный магический кокон, но я явно не успевал отразить атаку разъяренного малхуса и лишь попытался увернуться от удара живого тарана. Не знаю, это я успел увернуться или волчица в последнее мгновение решила не рвать мне горло, но меня только отбросило в сторону ударом ее плеча. Тренированное тело действовало на инстинктах, поэтому я не раздавил прижатого к груди детеныша малхуса и, прокатившись по полу в невероятном кульбите, улетел в угол зала. Голубое чудовище промчалось мимо меня и со всего маху врезалось в стену. Удар был такой силы, что волчица, кажется, убила себя об стену и сползла на пол безжизненной тряпкой. От сотрясения с потолка сорвалась люстра и рухнула в толпу эльфов, после чего в зале началась настоящая мясорубка.

Главы Совета эльфийских Домов и их телохранители бросились на меня, а амазонки охраны ринулись им навстречу. Мои девочки прекрасно владели клинками, но их атаковали элитные бойцы народа эльфов, а поэтому двух амазонок зарубили сразу, а остальные ушли в глухую защиту. Только Люсиэль сумела ранить одного из нападавших, но на нее навалились сразу трое и оттеснили в сторону.

Я вертелся, словно уж на сковородке, и отбивался одними ногами, так как не мог бросить щенка, которого мгновенно затоптали бы в начавшейся свалке. Я не имел права допустить гибель вновь обретенного друга, который уже один раз отдал за меня свою жизнь. Магия обеспечивала мне превосходство в скорости, и мне даже удалось покалечить троих особо рьяных противников, но так не могло продолжаться долго. Как говорил японскому каратисту незабвенный Василий Иванович Чапаев, «куда тебе, милай, с голыми пятками да против шашки!». Вот так и я как ни изворачивался, но получил уже несколько неприятных порезов, а вместе со струйками крови уходит и жизнь. Неожиданно по залу снова пронесся искрящийся голубой вихрь, и эльфы прыснули, как мыши, по щелям, оставив на залитом кровью полу еще бьющиеся в агонии тела раненых и разорванные на куски трупы. Это вступила в сражение эльфийская волчица, которая едва не убила себя об стену. Я, чтобы обезопасить себе спину, отступил в угол зала и начал накачивать магией правое плечо, готовя ментальный удар. В начале боя я опасался применять магию, так как под раздачу могли попасть и мои бойцы, но сейчас у меня просто не было выбора. Несмотря на всю мою отмороженность, забить ногами взрослого малхуса нереально, да и жить все-таки очень хочется.