Обе двери закрылись, жалюзи автоматически опустились, а приемщик после вежливого кивка головой указал рукой на стол между ними:

– Прошу вас, показывайте!

На покрытом черным толстенным сукном столе лежали лишь лист бумаги и позолоченная ручка фирмы «Паркер». Но первые необработанные алмазы на столе вначале не слишком смотрелись. Зато, когда пошли огромные бриллианты, проблески от настольной лампы так и заметались по комнате. Каждый камень приемщик оценивал и записывал одной строкой в листок бумаги. Но если на уникальных по величине, но еще гипотетически возможных для Земли украшениях он держался молодцом, то когда увидел зектанги, адские топазы и еще несколько иномирских безделушек, то стал дрожать, а его лоб покрыла холодная испарина. Что, в общем-то, не помешало ему вписать невиданные богатства по смехотворно низкой цене.

Правда, оправдаться хриплым голосом он все-таки попытался:

– Вы меня поймите правильно. Подобного чуда никто еще и никогда не видел. И я просто не имею права рисковать, завышая цену.

«Понятно! – с сарказмом подумал Дмитрий. – Этот халиф хочет вместо десяти получить сразу двадцать миллиардов. Мало того что все знакомые камни бессовестно занизили, так еще и с неиномирских мечтает получить прибыль в тысячу процентов. Жлоб!»

– Сочувствую, – ответил он вслух. – И себе тоже. Ну и какая у вас получается сумма того, что у нас на столе?

После быстрого подсчета лоб оценщика еще больше вспотел, а на щеках появился нездоровый румянец. Хотя сумму он наверняка уже давно прикинул.

– Пятьсот двадцать миллионов евро.

– Тоже неплохо. – Торговец немного подумал и утвердился в предварительном решении. Достал телефон и еще раз позвонил халифу: – Уважаемый, мы ведь все-таки договаривались, что камни пойдут не ниже половины рыночной стоимости. Их оценили в четверть. А новые образцы ваш человек вообще оценил в одну десятую. Не слишком ли?

– Но ведь есть оговоренная сумма, – мягко возразил Рифаил, – и мы готовы хоть сейчас получить наличностью. Тем более, это предложение по поводу камней исходит от вас.

Из чего сразу можно было догадаться, что вся оценка велась под скрупулезным видеонаблюдением. Но сражаться и торговаться стоило до конца.

– И тем не менее! Тот же зектанг вы шутя продадите за пятьдесят миллионов. Любой из адских топазов – не меньше. Да что там говорить, я сам за оставшееся время постараюсь сбыть эти камни по своим старым каналам. И получу за них в общей сложности не менее полутора миллиардов. Иначе… Какой-то минимального уровня порядочности договаривающиеся стороны все-таки должны придерживаться. Не так ли?