Словно сомневаясь, Светозаров посмотрел на супругу, но та лишь радостно кивнула:

– Да, мир Зелени стоит таких поступков. Ну и нам грех отказываться от таких уникальных профессионалов.

– Между прочим, – стоящий в стороне Василий решил напомнить еще об одном человеке, – старый Шурак тоже настаивает на своем участии, говорит, что без него свита будет выглядеть подозрительно неполноценной, и утверждает, что сам хочет во всем до конца разобраться.

– Кажется, он проснулся от старческого маразма, – вынесла вердикт Сильва.

– И весьма честен в собственных суждениях, – добавил Курт.

– Ладно, лишь бы он нам не помешал в самый ответственный момент.

– А в своем участии, – продолжил Василий, – не сомневается и наш бывший отшельник, Деймонд Брайбо. Кажется, в последние часы Шурак научил его очень многому. Наш Арчивьел прямо-таки прилип к старику и не отходит от него ни на шаг.

Вопрос с составом отряда посчитали решенным, хотя остающемуся в крепости Петру старались на глаза не попадаться. Особенно любящая целительница избегала посещения комнаты-склада, где идущий на поправку воин совмещал функции выздоравливающего больного и сторожа. Настолько весельчак и балагур Петруха всех достал своим нытьем, что он может прекрасно стрелять, передвигаясь в инвалидной коляске. Дескать, мастер на все колеса.

Зато подготовка к вторжению отряда захвата в столицу Успенской империи встала на сугубо профессиональные рельсы. Разве что Торговцу постоянно приходилось подталкивать некоторые детали и аспекты дела в сторону магической составляющей.

Для более детальной разработки нюансов поведения Дмитрий смотался в мир Ситулгайна и реквизировал у своего соседа-академика второе устройство с приятным для любого дознавателя прозвищем «Болтун». После этого все на несколько часов сгрудились вокруг заливающегося соловьем герцога Бэлча, который описывал все свои разговоры с императором, отношения с другими придворными и министрами, правила поведения во дворце, законы входа и ввода с собой сопутствующих лиц и прочая, прочая, прочая.

Когда определились с поведением и порядком следования, чета графов Светозаровых-Свирепых отправилась в собственный замок для изменения внешности. Понятно, что менял свое лицо только Дмитрий, а Шура занималась подбором одежд как для себя, так и для остальных членов герцогской свиты. А ее муж опять отдал себя в руки верховного целителя. Пока над ним колдовали, он припомнил особенность некоторых людей рассматривать нечто в ауре Маурьи, Арчивьелов и им подобных, поэтому попросил Татила как-то прикрыть его магическую сущность. Ректор немного поворчал для приличия, вызвал еще с десяток новоиспеченных Арчивьелов себе в помощь, и сообща они закрыли то, что надо, оставив взамен лишь то, что сопровождает каждого обычного ашбуна.