— Не скучнее, чем ты.

Она помешала ложечкой свой лавандовый капучино. Сердечко на пенке исчезло.

У Вероники были волосы цвета темной меди и шоколадные глаза. А еще высокая грудь и тонкая талия — настолько, что, казалось, она носит корсет. Но корсета никакого не было, мне это было известно абсолютно точно. Я забывал дышать, когда смотрел на нее.

— На самом деле есть только одно место на земле, где я бы хотела побывать еще раз, — сказала она.

— Что за сказочное место?

Вероника показала фотографию. Озеро с каменистым берегом, и на фоне разгорающейся зари — деревянная часовенка.

— Я была там два года назад. Не представляешь, сколько там воздуха и света! А в озере бьют ключи, вода там всегда холодная. Нельзя далеко заплывать даже в самую жару. Мышцы сводит.

— Наверное, комаров полно.

— Хватает.

— И где это райское место?

Она показала на карте.

— Я теперь всегда хочу вернуться туда, — она вздохнула, — но жить я буду в Майами. Океан и пальмы, что может быть лучше?

— Все что угодно может быть лучше.

Например, этот дождь, серые зонты и размытые контуры домов. И горький черный кофе в чашке. И девушка рядом. От нее пахнет фиалками — почти незаметно. Почти неосязаемо.

— Тебя ждут в этом Майами?

— Девушку с приданым везде ждут.

— Не знал, что ты богатая невеста.

— Да я раньше тоже не знала. Смотри.

Вероника достала из сумки деревянную коробочку. Внутри на потертом синем бархате лежал медальон, украшенный тусклыми камешками, бесцветными и зелеными. Вещь явно нуждалась в ювелирной чистке. Но даже теперь было понятно, что это золото, изумруды и бриллианты.

— Откуда такая роскошь?