— Позже договорим, — велел князь Уральский, отсылая отца моего партнера. — Дима, поставь-ка полог.

Я кивнул, окружая нас троих зримым полем. Отец тут же заговорил первым:

— Теперь ты стал равным нам по положению, сынок, — произнес он. — Но это не значит, что мы перестанем быть семьей. Если тебе потребуется совет или помощь...

— Мы всегда тебя поддержим, — продолжил за зятя князь Демидов. — Но сейчас лучше скажи, что сказал тебе царь. Война с британцами наконец-то начнется?

— Начнется, — подтвердил я легким кивком. — Но как и что будет происходить, государь еще сам дополнительно объявит. Пока что договорились показать все, на что мы способны.

Руслан Александрович кивнул, тут же задумавшись, что сможет продемонстрировать Урал, а что следует придержать в качестве запасного козыря. Предприятия Демидовых не все свои товары поставляли в царскую армию, и что-то оставалось на складах рода.

— Значит, пришло время тряхнуть мошной, — заметил князь Романов, оборачиваясь к тестю. — Князь, полагаю, у тебя уже есть план, во что я смогу вложить средства, чтобы как следует потрепать англичан?

— Разумеется, — подтвердил тот. — Обсудим утром на завтраке. Тебе, внучок, приглашения не даю — советую сегодня же ночью лететь в Красноярск, принимать дела и смотреть, что твоему княжеству потребуется.

Ну да, мы же с дедом старательно выкачивали из великого княжества людей и средства. Теперь нужно либо запускать обратный процесс, либо выжимать соседние территории. В принципе, моя личная казна позволит реализовать немало вариантов, так что вопрос решаемый в любом случае. Проблема только в том, сколько времени это переселение займет.

— Я так и планировал, — кивнул я. — Если я пока что не нужен, дорогие родственники, хотелось бы пообщаться с невестой.

Дед ухмыльнулся, отец обошелся понимающей улыбкой.

— Конечно, ступай, — сказал Алексей Александрович, и я убрал купол.

Спокойно добравшись до Виктории, окруженной моими сестрами, я с улыбкой вторгся в их слаженный коллектив.

— Дамы, позвольте на несколько минут забрать у вас Викторию Львовну, — сказал я, протягивая Морозовой руку.

Нужно заметить, что сейчас боярышня гораздо лучше владела собой. Уже отойдя от свалившихся на нее новостей и благ, как полученных, так и будущих, Виктория с улыбкой вложила свою ладошку в мои пальцы, и я вывел ее на танцпол.

Наше появление вновь отметили осветители. Один дополнительный прожектор следовал только за нами, и на наших руках засверкали подаренные государем браслеты. Рубины переливались огнем, сияла золотая вышивка на платье моей невесты.