Светлый фон

Я чувствовала, что меня сейчас вытошнит. Похоже, и для Тамлина слова короля явились полной неожиданностью.

Ласэн изменился в лице.

— Она продала… она продала семью Фейры. Тебе, — пробормотал он, не глядя на короля.

Это ведь я все-все рассказала Ианте про сестер. Она расспрашивала, кто они такие, где живут, чем занимаются. А я по глупости своей, будучи сломленной после Подгорья… Я подробно ей рассказывала и даже радовалась, что нашла такую благодарную слушательницу.

— Продала? — переспросил король и усмехнулся. — Или спасла от участи, уготованной каждому смертному? Ианта предположила, что они обе, как и их младшая сестра, обладают достаточной силой воли. Я уверен, они выдержат превращение. И докажут королевам, что это возможно. Конечно, если у их величеств достанет внутренней силы.

У меня замерло сердце.

— Не смей…

— Советую не делать глупостей, — перебил меня король. — Тебе и всем.

Затем начался настоящий ад.

Он был не кромешным, а ослепительно-белым. На нас хлынули потоки неодолимой и неумолимой силы.

Мы рухнули на пол. Я чувствовала, что Ризанд прикрыл меня своим телом. Даже он не удержался от стона, столкнувшись с ударом королевской магии.

Кассиан раскинул крылья, заслоняя собой Азриеля.

Его крылья… его крылья.

Невидимые когти чужой магии раздирали его крылья. Такого жуткого крика я еще не слышала. Мор бросилась к Кассиану, но было слишком поздно.

Риз вскочил и попытался прорваться к трону, однако сила короля наносила ему удар за ударом. Риз рухнул на колени.

Мои сестры кричали, насколько им позволяли кляпы. В крике Элайны я уловила предостережение и поняла: воспользовавшись тем, что справа меня некому прикрыть, ко мне бросился Тамлин. Он рассчитывал меня схватить.

Собрав всю силу, я метнула в него нож.

Тамлин был вынужден пригнуться. Увидев у меня в руке второй нож, он попятился, поглядывая то на меня, то на Риза. Казалось, он воочию увидел парные узы, связывающие меня и Риза.

К нам бросились солдаты. Я стремительно повернулась. Кассиан и Азриель лежали на полу. Юриан посмеивался, глядя на кровь, льющуюся из располосованных крыльев Кассиана.

Великолепных иллирианских крыльев, превращенных в лоскуты.