Нина Владимировна Тихонова, которая недавно перешла на вольные хлеба открыв свой кооператив, встретила его как родного сына. Виктор никогда не торговался, всегда был исключительно вежлив, и приходил иногда с интересными заказами, как тот раз, когда ему понадобился тёмно-синий костюм в стиле тридцатых годов, для театральной премьеры.

- Витя, вы собираетесь это носить? – Нина Владимировна с лёгким ужасом смотрела на куртку, разложенную на столе, и чуть брезгливо держала её двумя пальцами за воротник. – Это же… я не знаю. Ткань-то вообще ветошь.

- Ну, а что делать? – Виктор, одетый в повседневный серо-голубой костюм, со звёздочкой Героя на груди, развёл руками. – Это как бы униформа.

- Давайте я вам пошью точно такое же, но из нормальной ткани, и по фигуре? – Портниха быстрыми шагами вышла и через минуту вернулась, неся в руках рулон тонкой, но плотной хлопчатобумажной ткани светло-зелёного цвета. – Смотрите, по оттенку прям очень близко, а всё остальное, я сделаю как здесь. А это… - Она сдвинула куртку в сторону – мы отдалим нашему дворнику. А через пару месяцев он её выкинет, и это будет правильно.

Как сказано кем-то умным: Самый простой способ не быть дураком – не спорить с профессионалом. Вот и Виктор не спорил и отдав костюм, поехал по другим важным делам. А именно, к одной московской даме.

Дама звалась Виктория Александровна, и была она вдовой какого-то крупного военачальника по интендантской части, ухитрившегося в своё время купить большой участок на самом берегу Химкинского водохранилища, и выстроить там солидный и красивый двухэтажный дом, с башенкой – беседкой на третьем этаже, и собственным причалом. Дама, не в силах избавиться от дорогостоящих привычек, решила продать дом, и жить в московской квартире благо что та тоже была не маленькой. За дом она просила двести тысяч рублей, что конечно было огромной суммой, но в Москве полно тех, кто мог выложить такие деньги не морщась.

Но Виктор, благодаря помощи от людей Зои Воскресенской был быстрее, и приехал на переговоры не с желанием скостить цену, а с сумкой денег. И слабое женское сердце не устояло перед красивыми банковскими упаковками десятирублёвок. Это ему подогнал Судоплатов, разменяв бандитские пятидесяти и сторублёвки на ходовые купюры.

Дом был в неплохом состоянии, но конечно требовал вдумчивого ремонта, и знакомые люди дали ему телефон хорошего строительного кооператива, занимавшегося именно приведением в порядок старых домов.

Но всё это будет позже. Пока Виктор приехал к дому завершать оформление всех документов. На площадке перед домом уже стояла машина дамы – юриста, и ждали только разъездного нотариуса, который появился секунда в секунду, словно репетировал это заранее.