— Женечка, поймите меня правильно. За последние пять лет я шесть раз встречался с подобными историями. И в них всегда был замешан ваш молодой человек. Всегда. Даже тогда, когда замешан быть не мог ну никак! Даже когда стороннее влияние было практически исключено!
— Эпизод на орбите Европы? — В какой-то даже панике выкрикнул Алексеев. И тут же подавился своим высказыванием. Взгляд генерала был таким, что полковник понял, да, эпизод на орбите Европы, и что Надым — старый, красивый, а главное, южный город. Относительно того места куда его отправят теперь.
— Дядя Ваня, я женюсь! — Просипел Кот разминая шею. — На что спорим, наших детишек вы будете курировать лет с трех?
Генерал обдумал услышанную фразу, икнул и размашисто перекрестился. После чего что-то прикинул в уме и выдал:
— На пенсию уйду!
Молодые люди задумались, изучая справку по незнакомому слову.
— Иван Иванович, что же вы так распереживались? Пожалуйста, не надо себя необратимо калечить! — Эмоционально высказалась Женя.
— А ваши справочники не выдали информации что пенсия может быть по возрасту? А не только как результат необратимой инвалидности?
— По возрасту? А такие пенсии еще существуют?
Снова озадаченное молчание.
— Так, майор, пойдем ка с тобой поговорим с глазу на глаз, я тебе объясню всю глубину той задницы, в которую ты угодил. А ты будешь меня убеждать в том, что ни в чем не виноват. Или кто-то из твоего руководства.
Носители формы покинули камеру.
— Эй, а мы? — Крикнула им в спину Рыжик.
— А, точно!
Раздался лязг замка и на линзы пришло оповещении:
— Очень оптимистичное начало. Родная, я на твоем фоне начинаю теряться.
— Я не специально!
— Ага, а теперь запомни этот момент. И пойми одну простую вещь. Примерно на десятый раз тебе перестают верить. На двадцатый перестают слушать. На тридцатый бьют просто на всякий случай.