Печать Боргента приняла, кажется, вообще без всяких мучений. Может, на это повлияло то, что она носила в себе мага Огня? Как знать... Она встала рядом с нами, слева от Авеллы.

— Кто-нибудь ещё? — окинул я взглядом оставшихся. — Наш род будет главным в клане.

Глупо это прозвучало. Как будто кто-то из присутствующих мог польститься на обещание власти. Они скорее прыгнули бы за мной с обрыва, если бы я попросил, чем использовали меня для получения сомнительных привилегий. Акади с улыбкой покачала головой, Алмосая, кажется, даже всерьёз не задумалась. Мелаирим... От него я мог ожидать согласия, хотя совсем не хотел принимать его в род. И он, может, даже и согласился бы. Но для него, кажется, черезчур было уже то, что в клане он окажется под моим руководством. Не хватало ещё терпеть меня как главу рода.

— Лореотис? — спросил я, чтобы окончательно очистить совесть. — Зован, Талли?

Лореотис покачал головой:

— Спасибо, конечно, да только мне оно без надобности. Я сам по себе, живу налегке.

— Что это значит, «налегке»? — шлёпнула его по руке Алмосая. — А как же я?

— Ты — лёгкая, — пожал плечами Лореотис. — Я тебя почему и выбрал. Поношу, пока не растолстеешь.

— Ох, с вами растолстеешь, как же, — вздохнула Алмосая.

От этой шуточной перепалки атмосфера немного разрядилась, и Талли с Зованом вдруг вышли вперёд.

— Мы согласны, — сказала Талли.

Зован явно не фанател от идеи, но Талли, похоже, убедила его, что, раз альтернатив нет, то в род братика она по-любому вступит. А альтернатив, кажется, не было. Господин Тарлинис и раньше лопался от злости, что сынок женился на не пойми ком, а теперь, когда всплыла огненная подоплёка, и вовсе расстроился.

Род Леййан: прибавление. Таллена Леййан, Зован Леййан.

Будто чувствуя недовольство Зована, Авелла решила его подбодрить:

— Когда мы начертим родовое древо, мы все здесь будем его корнями. А первым росточком будет малыш Боргенты.

Как ни странно, Зована это действительно утешило. Надо же, как людям может быть важно, будут ли их помнить потомки, как прародителей.

У Талли печать уже была. Зован, вздохнув, выбрал руну Альгиз. Ту самую, с которой, видимо, срисовывали символ мира моего... Э-э-э... Моего мира [1]. Да... Как причудливо поворачивается судьба. Мог ли я представить, что Зован, которого я считал врагом, который чуть не убил меня ещё до начала обучения в академии Земли, добровольно вступит в основанный мною род?.. Да я многого тогда не мог вообразить, чего уж. В частности, двоежёнства и Боргенты, которая носит нашего с Авеллой ребёнка.