Отчего-то он ощущал, что ему как можно быстрее необходимо избавиться от этой метки. Нет, он все еще считал себя мечником и уважал меч. Это, все же, был путь, по которому он шел. Путь, который не раз спасал ему жизнь.

Но, чем дальше он по нему двигался, тем отчетливее понимал, что этот путь не для него. Что в нем чего-то не хватало. Чего-то важного.

Меч – прямой и строгий. Хаджар же – нет. Путь, по которому шел Хаджар, с каждым шагом становился все тоньше, все более хрупким. Просто потому, что на таком расстоянии, что он уже преодолел, путь меча стал для него чуждым.

А дорогу к истинному пути, которым он мог бы руководствоваться и дальше, перекрывала метка.

Дух не собирался так просто отпускать своего последователя. Даже если это приведет к падению последнего.

– Нет, – покачал головой шаман. – свой ошибки каждый должен исправлять собственными руками. Вернуть отданное за тебя не сможет никто, кроме тебя самого.

Хаджар коснулся пальцами сердца, лба, а затем неба.

– Спасибо, мудрый шаман, – поблагодарил он. – я продолжу свою борьбу, а вам желаю, чтобы новая жизнь племен оказалось лучше старой.

Хаджар поднялся на ноги и направился к выходу. У самого порога он поймал брошенный ему в спину кожаный мешочек.

Размером с кулак, он не весил сколько-нибудь много, а на ощупь был податливым и слегка шершавым. Будто набитый рисом.

Развязав тесемки, он заглянул внутрь. К его немалому, но приятному удивлению, там лежал толченый корень папоротника. Не такой редкий, какой использовал Степной Клык, чтобы отправить Хаджара в мир Духов, но тоже весьма и весьма качественный.

Судя по эху энергии, который издавал порошок, корень достиг возраста по меньше мере трех тысяч лет.

– Тридцать три века, – прокашлялся шаман. Видимо дым попал не в то горло. – Папоротник, вместе с цветком полыни. Растолченные под светом пяти звезд, в ступке, омытой молодым родником, которому нет и дня. Это намного лучше, чем любое зелье, которое приготовит тебе из него человек.

– Спас… – Хаджар не договорил.

Он повернулся к шаману. Тот, все так же, сидел напротив костра и вглядывался в пламя. Пустой взгляд, направленный в никуда. За все время разговоры, шаман так и не повернулся к Хаджару.

Разумеется, старик был загадочной личностью. Он знал и умел то, о чем, наверняка, забыло большинство людей. Его силы были таинственны и непонятны. Но, даже учитывая все это, он никак не мог знать, что именно требовалось Хаджару от племен орков.

А даже если бы и узнал, то порошок, которой он приготовил, вряд ли можно было создать хотя бы за неделю или даже месяц.