И только сейчас, в свой тристапятьдесятый контракт, гурт испытал чувство, похожее на неуверенность. Неуверенность в том, что он может увидеть следующий рассвет.

Хаджар, ударив левым мыском по земле, приложил свой странный черный меч к корпусу и крутанулся на пятке. Сверкнуло отбитое лезвие кинжала. Шокированный таким неожиданным, незнакомым движением противника, боец Гурта на мгновение потерял равновесие.

Черный плащ Хаджара ожил и, вытянувшись, косой подсек ноги растерявшегося убийцы. Тот потерял опору и начал заваливаться на спину.

Хаджар же, не останавливая вращения, ударом все той же левой ноги, выбил один из кинжалов из рук падающего убийцы. Тот, теряя свое зеленое свечение, пролетел по воздуху и впился в плечо третьего бойца.

Самое удивительное, что Гурт был уверен – он еще не вышел из своего танца. А даже Пиковые Повелители не были способны увидеть или почувствовать члена Мертвой Луны, находящегося во Втором Танце. Только в момент нанесения удара таланты, как Хаджар, могли предугадать удар.

Но, каким-то образом, ударом ноги по кинжалу, Хадажр умудрился не только выстрелить им с пугающей точностью, но и попасть в невидимую цель. И это можно было бы счесть удачей, если бы не следующее движение Хаджара.

Его странный клинок, оторвавшись от груди хозяина, описал над его головой широкую арку. Сам же Хаджар, сгибая спину и колено, едва не прижимаясь спиной к земле, сделал очень странный маневр запястьем.

Его клинок, будто плеть, описал дугу и разрез, который сорвался с его лезвия, был не прямым, или изогнутым, а напоминал арку. Арку, которая охватила площадь, которую было не покрыть прыжком или уклонением.

Четвертому бойцу, чтобы заблокировать разрез, пришлось прервать Второй Танец. На жалкую долю секунды трое из четверых бойцов оказались не только видимы цели, но и полностью обездвижены.

И этого времени хватило недавно почти умершему Хаджару, чтобы сократить численный перевес.

Тот самый второй боец, который еще не успел упасть на землю, оказался полностью беззащитен. Не способный восстановить равновесия, не успевающий призвать Дух или понадеяться на помощь соратников, он завис в воздухе.

Меч Хаджара, закончивший описывать дугу, уперся острием в землю. Получив точку опоры, Хаджар крутанулся веретеном и, уперев стопу в землю, резко выпрямился.

Вынимая меч из земли и отправляя разрез в сторону Гурта, он, третьим ударом ноги, поразил предплечье убийцы.

Когда тело, пронзенное собственным кинжалом, зажатым в уже безжизненной руке, упало на землю, то за доли мгновения из пышущего жизнью юноши организм превратился в древнего старика.