– Офицер, – окликнул служивого Хаджар. – Вам помощь не требуется?

Солдат повернулся, посмотрел на друзей, и едва слышно прошептал:

– Помогли уже, – едва слышно процедил он и отправился дальше.

Несправедливо? Разумеется.

Глупо? Конечно же.

Но человек, всю жизнь проживший в тепле и уюте и при этом вынужденный бороться с осознанием, что завтра он может умереть, не бывает ни умным, ни справедливым.

Он бывает лишь напуганным.

Настолько, то нет-нет, а поглядывает через плечо в сторону небесного порта.

Над Пустошами все еще висели монструозные, древние иероглифы, которые не позволяли кому-либо летать над мертвыми землями. И из-за них линкор и три военных фрегата, пришвартованные над фортом, не покидали небесной гавани.

Перестреливать через форт – было опасной и радикальной глупостью, на которую у местного генерала хватило ума не идти.

Вместо этого с кораблей, нитями сверкающих сталью муравьев, тянулись сотни солдат. Они несли пушки. Каждая из таких, снятых с корабля, оказывалась в двое, а то и втрое меньше, чем тысячелетние, древние монстры.

Самое удивительное, что когда правил Эрхард – люди еще не знали пороха. А значит, пушки появились уже после его правления.

Что же, можно было радоваться, что память у людей не такая уж и короткая…

– Как она?

Из-за угла вырулили Диносы. Компанию им составил Гэлхад. Четверо аристократов, как и все, кто принес вести в форт, оказались париями.

Их не очень-то приветствовали.

Все из-за тех же страха и глупой, но понятной ненависти.

– Пока стабильно, – ответил Эйнен. – Но если не вывезем в Даанатан – протянет не дольше трех суток.

Том выругался. На нем лица не было. Бледный, осунувшийся, за эту ночь мальчишка, казалось, либо резко постарел, либо повзрослел.

Хаджар надеялся, что последнее.