– Именно, – кивнул Чин’Аме. – он был тем, кто спас принцессу. Правда тогда у Императора не было дочери, так что “принцессой” на время посольства выбрали дочь одного из знатных родов. И, так сложилось, что жизни в высокогорье, она предпочла стать простой землепашецей – выращивать плодоносные деревья и жить с тем, кто её спас. Что стоило ей, в итоге, жизни.

Жена Травеса…

– Вы её знали, – догадался Хаджар.

– Конечно знал, мой юный друг. Разве я мог не знать свою единственную дочь.

Хаджар смотрел на Чин’Аме, который вглядывался в облака дыма, клубящиеся вокруг скалы. Император убил его дочь и его внука. Вот почему дракон желал его свергнуть. Сохранение государства и целостности Страны Драконов, её светлое будущее, было лишь оправданием.

Оправданием для очередной истории мести.

Проклятый Безымянный Мир… он стоял лишь на одном ките – что кто-то, кому-то, хотел отомстить. Но только этого и можно было ожидать от мира, который зиждется на законе, что все вокруг принадлежит тому, кто сильнее.

Сила оставляет за собой лишь осколки чужих разбитых судеб и ничего более.

Хаджар сжал кулаки.

У него не было на это времени.

– Мудрый Чин’Аме, а кто проживет в Рубиновых Горах?

Дракон очнулся от созерцания своего прошлого.

– Гномы, мой юный друг. В Рубиновых Горах живут гномы.

Глава 1210

Глава 1210

Для начала — в Стране Драконов не было городов. Просто потому, что драконы в них не жили. Они предпочитали небольшие общины, где существовали племенами или семьями.

Племена, в основном, относились к равнинам и долинами и считались чем-то в роде разменной монеты – глиномесами, смердами, простолюдинами и так далее.

Они выращивали плодоносные деревья, чьи фрукты пользовались большим спросом среди драконов. Все же, зверь не человек – ему надо питаться.

И как в случае с демонами, драконы, в отличии от человеческих адептов, поглощали пищу и воду. Если только, конечно, не пребывали в глубоких медитациях, где обходились без еды.

К примеру, те деревья, что высаживало племя Лазурного Облака — считались одними из лучших, что приносили племени регулярный неплохой доход и, пусть племя и было богато, но оставалось “жителями долин”.