— А ты против? — насторожилась Сайна.

— Да не то чтобы… способности у неё и правда полезные.

— Я бы очень хотела видеть её в группе, — сказала механистка. — Лишь бы она сама была к этому готова… Видишь ли, с ней всё очень непросто… Кстати, как тебе Софья?

— О, вот её я был бы очень рад видеть в убежище!

Сайна просияла так, будто я ей признался в любви.

— Супер!! Она классная, скажи? — обрадовалась механистка.

— Да… — отстранённо кивнул я и добавил. — А ещё до того, как мы вернёмся в Стену, я бы хотел переговорить с Чёрной и Серой. Особенно с Серой.

24. Ответы, которые лишь добавляют вопросов

24. Ответы, которые лишь добавляют вопросов

Пол дня я проспал как убитый. Как и Сайна с Тией. Обе почему-то выбрали мою кровать. Впрочем, спали мы всё равно в одежде — я просто отключился, едва дошёл до койки, и уже поутру обнаружил сюрприз.

— О, Арк, ты проснулся! — обрадовалась Альма. — Тоже хотела спать в обнимку со всеми, но я совсем не устала. Вы даже не умирали во вражеском логове. Чувствую себя бесполезной.

Вот даже не знаю, похвала это или жалоба.

— Не волнуйся, вернёмся на передовую, и у тебя снова будет полно работы. Даже больше, чем обычно, если мы наберём пополнение. Как тебе новички, кстати?

— Лис милый. Только грустный. И Эстель милая. Но очень грустная.

— Как ты это поняла? Про Эстель? — Лис не особо скрывал ни своего интереса к теме суицида, ни самобичевания, ни мрачности. Его даже спасение пусть и сильно воодушевило, пробить мрачность все равно не смогло. А вот девушка напротив стремилась прятать настоящие чувства.

— Ну, я немного чувствую такие вещи, — пояснила энхе. — Не знаю, почему.

— Что-нибудь ещё заметила?

— Больше ничего. Но я и не присматривалась. Если тебе так интересно, что у них в голове, попроси Тиюшку, и она разбудит Дину.

— Это само собой…

С некоторым запозданием, к сердцу убежища, у которого уже традиционно располагалась трапезная и главный зал отдыха, вышла Сайна.