— Нет, но кофе бы выпил, — ответил я, занимая свое место.

Княгиня тряхнула колокольчиком, призывая прислугу, и распорядилась подать мне кофе. И пока передо мной не появилась чашка, разговора за столом не было.

Но стоило дверям закрыться, князь взял слово.

— Итак, вы все уже послушали запись переговоров Дмитрия и Татьяны Игоревны, — произнес он. — Я предлагаю каждому высказаться на этот счет, а потом мы придем к решению, которое устроит всех.

Ирина Руслановна посмотрела на супруга с сомнением.

— Ты же не можешь всерьез рассматривать этот фарс?!

Отец взглянул на нее и вздохнул.

— Ирина, я — глава рода, и мое решение в этой семье закон. Я решу так, как будет выгоднее всем Романовым. И сейчас, и в будущем. Итак, Ксения, что ты думаешь?

Сестра нахмурила брови.

— Измайлова поступила неправильно, нельзя выносить сор из избы, распуская такие слухи о своей семье. Это ее совершенно не красит и рушит любое доверие — она предает своих самых близких людей ради благополучия, — сказала Ксения, глядя на чашку с чаем, которой грела пальцы. — Несмотря ни на какие проблемы внутри рода Измайловых, мы не должны вмешиваться. Нас просят вмешаться в дела другого рода, что уже само по себе будет против законов. И не просто рода каких-то бояр или князей, а Рюриковичей. Если мы вмешаемся, не важно, на чьей стороне, нам этого в любом случае не простят.

Князь кивнул и перевел взгляд на наследника. Сергей кашлянул, прежде чем заговорить.

— Дмитрий верно сделал, что ничего не пообещал, — сказал брат, обернувшись ко мне, чтобы кивком выразить согласие. — И хотя в целом я поддерживаю Ксению, что это не наша проблема, не наше дело. Но, к сожалению, отсидеться теперь в любом случае не получится — Измайлова действительно может воспользоваться связями рода, чтобы поднять новую волну слухов о том, что Романовы дают ей какие-то намеки. А там, кто знает, как далеко она рискнет зайти, чтобы опорочить наше имя еще больше? С нее станется подкинуть через Дмитрия компромат, а потом призвать ЦСБ в свидетели, что мы копаем под клан Рюриковичей.

Отец улыбнулся краешком рта.

— Ну, Ирина Руслановна, теперь ваш черед говорить, — обратился он к княгине, все еще держа свою руку поверх ее. — Только кратко, прошу.

При этом он так взглянул на супругу, что та окончательно сбилась с гнева на смущение. Даже удивительно, что после стольких лет совместной жизни родители не утратили этой взаимной нежности, несмотря ни на какие споры.

— Дети уже все верно сказали, Алексей. Но я добавлю — Измайловы, если мы ввяжемся в это дело, похоронят любые наши надежды на укрепление связей с Демидовыми. Это вызов моему отцу и роду. А ты знаешь, чем кончаются вызовы против Руслана Александровича.