— Вот же… Падла! — сказал он, — Следы обрываются!

— Это как? — спросил Виктор, — Любой чародей должен оставлять магический отпечаток на всём к чему притронется.

— На это может быть только одно объяснение: при беге, он подбирает ту магическую силу, которую оставил.

— Первый раз слышу. Это сложно?

— Конечно, сложно! — вспылил Фима, — Я так и не научился. Из наших на такое способны только Декарн и Даркли.

— А больше у нас боевых чародеев в гильдии и нет, — сказал Бракас, — так, что ты у нас получается просто неполноценный.

— Заткнись!

— Ха-ха, что неприятно, когда обычный антийский чародей утёр тебе нос?

— Получается, что совсем не обычный, — задумался Виктор и в этот момент выстрелы раздались вновь, а за ними и взрыв, совсем недалеко, и, судя по всему, магической природы, — хрен с ними, со следами, тут их найти не составит труда. Чародея я, если что, возьму на себя. Сами понимаете мне будет проще.

Перед ними было небольшое ущелье, где, судя по всему, и прошёл антийский отряд, так как чуть дальше лежало тело мёртвого хадрала, а вся земля была истоптана копытами этих тяжеловесов. Скорее всего антийцы отсюда решили добраться до возвышенности и попытаться либо сбежать при помощи портала, либо всё-таки обнаружить Марка. Звуки стрельбы не утихали, и трое наёмников вошли в проход между двумя скалистыми склонами, направляясь в сторону звуков. Виктор сразу же услышал, как вверху справа, посыпались камни и моментально повернулся на источник шума.

— Хадрал! — крикнул Бракас.

С того самого места, вниз спрыгнул огромный хадрал, представляющий из себя сплошную груду мышц с кожей грязного светло-оранжевого цвета. Он был на несколько голов выше любого алькара, а вместо привычных ступней у него присутствовали копыта. Он зарычал, обнажая свою огромную пасть, выставляя на обозрение целую россыпь острых, как ножи, клыков. Из брони на нём присутствовал только пояс с железной вставкой, закрывая область от таза до груди, и большой череп рогатого животного на правом плече. Его руки до самого локтя представляли из себя тёмно-серые кости, форму которых они могли менять как захотят. Рука хадрала внезапно превратилась в бесформенную массу и сформировалась в гигантское лезвие, чем-то напоминающее топор, которым он замахнулся на Виктора. Наёмник ударом своего меча смог запросто отбить атаку тяжеленого оружия, после чего, когда острие меча оказалось у земли, он взмахом вверх, отрубил конечность своего противника. Костяной топор упал на траву, а хадрал, схватившись за обрубок руки, негромко застонал, будто бы потерял не руку, а всего лишь сильно ударился. Наёмник не дал ему воспользоваться второй рукой, а насквозь пробил его мечом в области сердца. Клинок вошёл в плоть кочевника как кол в мокрую почву, Виктор выдернул его, и огромная туша хадрала рухнула на землю, не подавая признаков жизни.