— Не сметь!!! — прорычал их вожак, тот самый, которому Виктор разрубил лицо, — Он мой!!!

Вожак пробрался сквозь толпу и направлялся прямиком к наёмнику. Его руки преобразовались в те же самые гигантские большие лезвия, напоминающие секиры, морда вся была в крови, сочившейся из его раны и стекавшей в широкую пасть, пачкая жёлтые клыки. Хадрал зарычал так, что Виктор немного оглох, и выставив свои лезвия в стороны, закрутился и побежал на Виктора, с целью нарубить его этой импровизированной мясорубкой. Масса вожака была слишком большая, поэтому пытаться остановить его ударом меча по лезвиям не выйдет, но наёмник всё же решил испытать удачу. Удар оказался настолько мощным, что не помог даже тот факт, что Виктор сжимал меч стальной рукой, в итоге клинок отлетел в сторону, но синие символы меча засияли, и его сила так же быстро вновь вернула его в руку хозяина. Хадрал перестал крутиться и атаковал безоружного наёмника, но тот, присев, воткнул меч в землю, и на этот раз смог остановить точечный удар хадрала, что был слабее предыдущего. Наёмник решил повторить тот же удар, с помощью которого ему удалось завалить алькара в Челоке, и врезал искусственной рукой в колено, ломая костяной наколенник. Хадрал зарычал и немного дёрнулся, да и только, после чего той же ногой откинул наёмника от себя. Виктор перекатился и вновь оказался на ногах, готовясь к очередной атаке хадрала.

— Твоя смерть станет достойным подношением для великого Глора, человек! — прорычал вожак.

Позади Виктор услышал звук, образовавшегося портала и, развернувшись, запрыгнул прямиком в него. Он свалился на жёсткую каменную поверхность и осмотрелся. Судя по открывающемуся виду, он находился на той самой скале, у подножия которой был несколько секунд назад. Портал закрылся, а снизу послышался громоподобный рык хадрала, из-за того, что кто-то сорвал его поединок и не дал расквитаться за раненную физиономию. Рядом на земле, раскинув ноги, сидел уставший Фима, с другой стороны, сильно запачканный кровью Бракас, безуспешно пытающийся оттереть грязной тряпкой свою секиру. Шила стояла у обрыва на четвереньках и с интересом смотрела вниз на собравшуюся орду, Марк как всегда уставился на наёмника удивлёнными глазами, поражаясь вообще любой мелочи, что замечает на большой земле.

— Марк, — Виктор обратился к мальчишке, — скажи мне, пожалуйста, с каких пор в Анте чародеев учат так сражаться?

— Вот-вот, — добавил Фимало.

— Ну не знаю, — добавил и Бракас, — был бы я там, то тогда бы точно нос ему сломал, не говоря уже про отсечение его магической башки. Так, что не нужно оправдываться.