— Шила, он сильнее тебя, — чуть-ли не плача говорил Марк, — уходи! Спасайся, он не тронет тебя!

— Мне очень приятно, что ты научился думать о других, несмотря на то, что, по сути, таким образом обрекаешь себя на незавидную судьбу, — устало сказала она, — но я никуда не уйду. Забыл? Это ведь моя работа — спасать тебя каждый раз, когда ты в опасности.

— Хватит вести себя, как ребёнок! Он убьёт тебя, разве ты не видишь, что он даже не использовал магию в полную силу?! Просто пообещай мне, что вы вытащите меня позже, а сейчас уходи!

Некоторое время она молчала, повернувшись к покалеченному мальчишке, но Клафф даже не думал нападать в этот момент, он просто продолжал смотреть, в ожидании каких-либо действий.

— Помнишь наш разговор на тракте у Рассветных высот, — спросила она, — я ведь всё ещё твой друг?

— Конечно! — закричал Марк, — Именно поэтому уходи…!

— Именно поэтому я и не уйду! — непривычно грозно заявила она, — Для меня друг, Марк, это тот, ради спасения которого не жалко отдать жизнь. Если у меня есть хоть малый шанс помочь тебе, то я непременно им воспользуюсь.

— Шила, нет!

Она перехватила нож, так, чтобы его лезвие смотрело вниз, и с невероятной скоростью набросилась на чародея, пригибаясь, чтобы нанести ему удар снизу-вверх, и в какой-то момент Марк действительно поверил, что антийцу конец. Непонятно как, но Клафф смог остановить её руку в тот момент, когда нож должен был проткнуть его тело, и, оказавшись лицом к лицу с противником, Шила предприняла отчаянную попытку ударить его головой, но антиец схватил её за шею, и со всей силой направил её в стену. Послышался треск белой маски, она потеряла равновесие и чуть не упала, отходя от стены, а в следующее мгновение из руки Клаффа вырвалась очень маленькая вспышка, стремительно врезавшись ей в голову и вспыхнув ярким пламенем. Марк видел, как маска лика разлетелась на мелкие кусочки, и Шила упала лицом на землю, больше не подавая признаков жизни.

— Шила! Шилааа!!! — что есть силы закричал Марк.

Мальчишка, превозмогая боль, карабкался к телу своей подруги, надеясь, что она всё ещё жива. Оказавшись рядом с ней, он принялся трясти её, но Шила не двигалась, и скорее всего даже не дышала, а чтобы проверить точно, нужно было перевернуть её на спину, что парень и принялся делать, однако нога Клаффа, придавившая тело, не дала ему это сделать.

— Не вздумай, — сказал он, — даже мёртвые лики не лишены способности умертвлять одним только взглядом на своё лицо.

Печаль и скорбь внезапно сменились настолько сильным гневом, что будь сейчас у Марка здоровые ноги, то он бы, не раздумывая о последствиях вцепился бы магу в глотку, до тех пор, пока тот не задохнулся. Мальчишку буквально трясло от ярости. Он поднял голову и посмотрел на антийца таким взглядом, от которого тот немного поднапрягся. Перед ним стоял человек полностью разрушивший ему жизнь, виновник всех тех бед, которые свалились на него за весь этот свет. Тот, по вине которого продолжают погибать близкие ему люди. И этот ублюдок всё также продолжает смотреть на него сверху-вниз, словно на раздавленное насекомое. Марк взревел и вцепился ему в ногу, пытаясь укусить, и при этом колотил по ней покалеченной рукой, но чародей другой ногой отбросил его и поволок к дыре, чтобы возвести новый портал.