— Смотри какое мне платье подарил Виктор?

— Виктор? — удивился Марк, — Откуда у Виктора детское платье?

— Не знаю, — пожала она плечами, — но мне оно очень нравится, учитывая то, что я целый свет проходила в одном и том же изорванном и испачканном кровью платье, которое я наконец-то смогла выстирать. Знали бы вы, как давно я этого не делала. Марк, — она вновь уселась рядом, и старалась говорить в полголоса, — а правду говорят, что ты можешь ходить ночью под открытым небом, и плакальщики тебя не трогают?

— Ну, в общем-то, да, это так.

— Что? — Малия, внезапно, будто-то ожила, услышав такой неожиданный факт, — Ты не шутишь?

— Я узнал об этом не так уж давно, через некоторое время после того, как покинул Ант. Это не лучшая тема для разговоров, может быть не будем…

— Пожалуйста, — Малия очень заинтересовалась этой темой, — расскажи, подробнее.

— Если ты так просишь, — задумался Марк, не в силах устоять перед жалобным взглядом исхудки, — но только вкратце…

***

Декарн и Акфим, стоя в помещении на самой вершине башни гильдии, через стекло большого круглого окна, наблюдали за двумя исхудками, мальчишкой и маленькой девочкой, сидящими за столом белой веранды и о чём-то увлечённо разговаривающими. Позади них, около стены, стоял Виктор, с другой стороны Яи, а также, сидящий в меховом кресле, Асторн, попивающий чай из маленькой чашки. Башня являлась личным кабинетом Декарна и была обставлена так, как ему удобно, а старый чародей просто помешан на идеальном порядке, и если кто-то обнаружит здесь хотя бы одну пылинку, то можно быть полностью уверенным, что это всего лишь иллюзию. В связи с этим, и ещё многими причинами, вход в башню закрыт для некоторых членов гильдии, в первую очередь для Бракаса, который однажды, по собственной глупости, разбил здесь ёмкость со взрывоопасным зельем, чем привёл старика в неописуемую ярость, доведшую до того, что он вышвырнул болвана с окна. Так, что проникать сюда без разрешения довольно опасно.

Чародей ещё со времён служения в ОГМ Челока приобрёл любовь к мрачноватому антуражу, который придал и этому помещению, обставив здесь всё таким образом, чтобы круглое окно являлось единственным источником освещения, которого очень не хватало для всего кабинета. На стенах висели деревянные полки с различными магическими артефактами, кристаллами и склянками неизвестной жидкости, а жемчужиной его коллекции являлся фоскад — яркий серый сгусток тёмной и светлой магии, нарушающие все магические законы, слившиеся воедино, образовывая что-то нечто новое. Солнечный свет, ровным столпом падал на рабочее место Декарна, расположенное тыловой стороной к окну, оставляя всё другое в тени. Всё внимание старика и краснокрылой левейки приковано к Лайле.