— Всё было идеально, — заявил Бракас, — они спускались туда раз в свет. Кто знал, что нашему сурому чародею захотелось выпить этого кислого пойла в тот день!

Раздался грохот в дверь, кто-то выламывал её с другой стороны, что заставило всех замолчать, опасливо уставившись на выход, и, лишь, Декарн был спокоен. Прозвучало ещё два удара, и деревянная дверь вырвалась с петель, тяжело падая на пол, и внутрь заползло огромное чудище. Серокожее существо издавало злобный рык, и выглядело так, будто мышцы были слишком малы для его шкуры, из-за чего всё тело покрывалось сильными кровавыми нарывами. То тут, то там по туловищу, особенно на широкой спине, имелись небольшие области, покрытые редкой седой шерстью, и чудовище передвигалось на задних звериных лапах, но при этом опиралось на пол передними слишком большими конечностями. Немного вытянутая морда чем-то напоминала человеческую, но с собачьим носом и россыпью длинных непомещающихся в пасть зубов. Монстр полностью заполз в помещение осматривая всех взглядом бледных глаз, оставляя за собой грязный след из сыплющихся волос и крови, после чего выпрямил согнутую спину и застыл в приступе сильной дрожи. Марк заметил, как монстр начал становиться всё меньше и меньше, а через некоторое время не выдержал, упав на колени, и окончательно перестал выглядеть как омерзительное существо. Теперь на полу лежал обычный мужчина средних лет, не выделяющийся крупными мышцами и стройным телом, самый обыкновенный человек с тёмно-серыми короткими волосами, похожими на седые, но он, явно, не был таким старым. Полностью голый мужчина быстро вскочил на ноги и принялся демонстративно разминать руки и ноги, хрустя своими суставами, это доставляло ему огромное удовольствие. Единственное, что находилось на его теле — это серебряное кольцо с зелёным самоцветом на среднем пальце левой руки.

— Граф, мать твою! — закричал Тайфор, прикрывая собой обзор девочкам, — Тут же детей полный дом, имей совесть!

— Вот, чёрт! — голый мужчина сразу же осознал, где находится и прикрыл руками своё хозяйство, растерялся и не мог решить куда бежать, — Ой как стыдно! Кто-нибудь, одолжите, пожалуйста, что-то, чем можно прикрыться!

— Смотрите, дети, — улыбнулся Каил-Бони, — умный человек, объединяющий в себе многие выдающиеся личности, и при этом каждый раз забывающий, что разрывает свою одежду при каждом превращении. Слушай, Фридас, а тебе это случаем не доставляет удовольствия? Быть может, ты каждый раз бегаешь в столицу, чтобы посветить своими причиндалами перед детишками?