Разумеется, в этом небольшом городке ни мы, ни грандмаги никогда не были. Пришлось вернуться в мою новую графскую вотчину, в которой местные быстро описали грандмагам местность около городка, чтобы они могли открыть туда портал.

Попрощался со всеми и отправился в этот городок.

Вначале подумывал сразу отправиться к судье. И переговорить с ним по-дружески тет-а-тет при помощи «Болтуна». Когда затевают подобную комбинацию, можно ожидать, что судья будет подкуплен. Это разумно с точки зрения логики – мало ли какие аргументы сможет предъявить другая сторона в таком деле, где все откровенно шито белыми нитками. Не так и трудно догадаться, что я могу схватить за шиворот старосту в деревне, где все это произошло, и узнать о том, что он получил взятку за способствование провокации соседа… И судья должен быть готов закрыть глаза на это, отказавшись от беспристрастности в рассмотрении улик.

Так… Но все равно же мне нужно собрать побольше информации по этому соседскому графу. А значит, сначала нужно плотно пообщаться с его ближайшим помощником или помощниками. В принципе, не удивлюсь, если той информации, что я соберу при помощи «Болтуна» от этих помощников, вполне может оказаться достаточно, чтобы никаких проблем, даже с подкупленным судьей, у нас уже не было. А хотя, наверное, все равно подстрахуюсь, и с судьей тоже отдельно поболтаю. Но начну все же с помощников графа.

Зашел в ближайшую забегаловку. Несмотря на относительно раннее утро, здесь уже сидели за столами несколько местных забулдыг. Подсел к одному из них, выбрав того, во взгляде которого жажда выпить явно контрастировала с его материальными возможностями оплатить выпивку. Проставился ему местным пойлом и начал расспрашивать. Всем забулдыгам известны законы подобного общения. Пока ты говоришь то, что интересно собеседнику, тебе будут наливать. Закончится все, что ему интересно, на этом закончится и выпивка. Так что я задавал вопросы про дела графа Вагриуса, а мой собеседник, на всякий случай периодически оглядываясь, чтобы убедиться, что никого рядом нету, заливался как соловей. Это тот случай, когда нет никакой необходимости в «Болтуне», язык прекрасно развязывает обычное спиртное…

Я узнал, что ближайший помощник у графа только один. Это барон Ростиг, большой каменный особняк которого находился совсем неподалеку от этой забегаловки. Он уже лет пятнадцать как верой и правдой служил графу. А первоначально бароном не был, это граф добыл ему титул лет десять назад. Граф и барон чрезвычайно влиятельны в Барденге. Им много что принадлежит в городе, ходят слухи, что у графа Вагриуса и в банке лежит много золота.

Информация быстро стала повторяться, но я терпеливо спаивал собеседника, пока он не свалился носом на стол и захрапел. Ни к чему мне, чтобы, будучи относительно трезвым, он после нашей беседы пошел к людям графа Вагриуса в надежде разжиться денежкой и от них, предупредив, что кто-то чужой ходит и расспрашивает про их дела. Уходя, дал владельцу забегаловки серебряную монету, велев не тревожить моего собеседника до того, как я вернусь. А то знаю я их – выволокут на улицу, да еще и холодной водой обольют, чтобы протрезвить, приведя в состояние, которое для него сейчас совсем лишнее.

Сразу после состоявшейся беседы я решил нанести визит этому барону, в надежде, что он сейчас будет у себя. Барона на месте не оказалась, но его прислуга сообщила мне адрес ресторана, в котором он в данный момент изволит завтракать. Я счел необходимым немедленно присоединиться к этому позднему завтраку.

Вошел в ресторан, который, как я уже узнал, считается самым лучшим и дорогим в этом городке. Ну так себе по внешнему виду, хотя нужно учитывать, что и город не из самых серьезных в Хартении. Если в список из пяти сотен городов по размеру населения войдет ближе к концу, то уже хорошо.

Легко нашел по имевшемуся у меня от забулдыги описанию барона. Сорок лет, плечи широченные, похож больше на богато одетого громилу, чем на аристократа. Ну так это и есть громила, за специфические услуги для своего графа ставший аристократом. Знал я и то, что у него сейчас восьмой разряд. Значит, в молодые годы разряд был вообще мизерным, как и резерв, не дав возможности поступить в любую серьезную магическую академию и получить по окончании титул эсквайра. Ну либо наклонностей к обучению у него совсем не было, сразу пошел в бандиты, к примеру, у которых маг даже с крохотным резервом и низким рангом в большом почете. Сомневаюсь, что в портальные охотники, учитывая, с какой опаской во взгляде местный алкоголик рассказывал о нем…

Вполне может быть, что восьмой разряд – это его потолок, учитывая возраст. В маленьких городах наподобие этого любой феодал всегда в центре обсуждения, ему трудно что-то утаить из такого вот рода информации…

Глава 3

Глава 3

Без всяких церемоний я сел перед бароном таким образом, чтобы загораживать его собой от слуг, которых приметил у входа. Несложно догадаться, что они ждут именно его, если у них одежда тех же цветов, что и герб на его камзоле. По размеру герба, кстати, сразу и видно, как важно Ростигу, чтобы все видели, что он барон. Он раза в два больше того, что принято изображать на одежде титулованных лиц. Зато людям удобно – можно сразу определять по внешнему виду выскочек…

– Но позвольте, – возмутился барон, – мы же совсем не знакомы!

Ожидал, что он возмутится в более крепких словах. Видимо, сдерживающим фактором стала моя дорогая одежда. Значит, свое место барон знает и опасается перейти дорогу кому-то более серьезному. Умеет Вагриус подбирать себе слуг, это явно не примитивный костолом, а и соображать умеет.

Знакомиться с ним я и не собирался, поэтому просто распылил перед его носом порошок «Болтуна». Если бы он в этот момент помалкивал, то у него был бы шанс его не вдохнуть. Но поскольку он оживленно продолжал меня информировать о том, что он со мной не знаком, то пришлось вдохнуть практически все. Я уже так наловчился в последнее время орудовать этим порошком, что доставил его к носу собеседника прямо в тот момент, когда он собирался вдохнуть. А дальше, само собой, наш разговор перешел уже в совершенно дружеское русло. Так что когда его слуги, заподозрившие по возмущенному тону барона, что что-то не так, подскочили к нашему столу, то застали нас уже за совершенно дружеской беседой и были немедленно отосланы Ростигом обратно к дверям ресторана.

Впрочем, долго они там не задержались. По моему указанию барон потребовал у них раздобыть бумагу и перо с чернильницей. Времени у нас было на разговор не так и много, так что я решил, что ему стоит сразу же и записывать самые интересные факты, что у него имеются. Отдельно чистосердечные признательные показания для суда по той афере, что они с графом устроили в мой адрес. И отдельно то, что может заинтересовать королевских следователей Хартении в отношении различных неблаговидных деяний, которые граф и его помощник совершали в последние годы.

Много там было интересного… Ростиг писал и писал… Сколько же они всего противозаконного совершили… Но когда я заподозрил, что барон вот-вот отключится, пришлось его прервать. Отдал ему последний приказ, и он тут же снова подозвал своих слуг.

– Подгоните мою карету поближе к ресторану. Выполняйте, немедленно! И любые указания моего гостя, если он появится у меня дома, тоже выполняйте как мои!

Мы сели с ним в карету, где он достаточно быстро вырубился. Но главное, что карета уже следовала по его указанию в мое имение. А слугам своим барон приказал возвращаться домой.

Прибыли прямо к дому моего управляющего. Велел ему заглянуть в карету. Разумеется, он уже по гербам на карете (они, кстати, тоже были раза в два больше по размеру, чем положено по правилам приличия) определил, кому она принадлежит, и был немало удивлен тем, что барон Ростиг почему-то прибыл к нам, да еще и заснул по пути в карете.

– Барона не будить. Достать и уложить где-нибудь мирно поспать. Позднее я пришлю за ним.

Карета и кучер были в моем полном распоряжении, поэтому я велел отправляться обратно в городок. Я еще не успел переговорить с судьей.

Мне повезло, никакого судебного заседания прямо сейчас не было. И когда я прибыл к дому судьи, он был на месте.

К нему на прием я попал, представившись другой фамилией. Справедливо рассудил, что вряд ли он захочет общаться с тем, кого они завтра со своим сообщником собираются ограбить посредством королевского суда. От того же забулдыги в распивочной я знал о том, что судья является магом, но ранг у него невысокий, всего лишь седьмой. Войдя в гостиную, ускорился, опережая неспешно шедших за мной слуг. Подскочил к сидевшему за большим столом из красного дерева судье, оторопело вставшему при виде того, как я стремительно врываюсь в его гостиную, и тут же угостил его «Болтуном», когда он начал говорить. После чего нам, конечно же, снова потребовались бумага и чернила.

С судьей я работал точно по той же схеме, что и с бароном. Отдельно он описал свою роль и посулы графа в этой афере против меня. Отдельно расписал все свои предыдущие прегрешения, часть из которых были совершены в преступном сотрудничестве с графом, но далеко не все. Судья ожидаемо оказался тем еще затейником. Информация о совершенных преступлениях лилась из него просто потоком. Слушая все это, я быстро понял, что у местных жителей в последние пятнадцать лет, которые он служил в этом округе судьей, никакой надежды на справедливое правосудие не было в принципе. В любом судебном споре побеждал тот, кто предусмотрительно заносил ему перед судом кошельки с золотом. Ну, либо тот, кто занес больше кошельков с золотом, чем его противник.