ОЙ-ЁЙ-ЁЙ!
Услышав лай, Роза резко остановилась.
Откуда ни возьмись перед девочкой появился пёс. До входа в дом оставалось несколько шагов, но он перегородил путь.
– Грррр… – глухо зарычал он. Шерсть зверя была коричневого цвета с рыжим отливом. Он застыл на месте, словно охотничья собака, которая заприметила добычу.
– Грррр… – зарычал пёс ещё громче, будто собираясь напасть. Затем он обнажил клыки.
Вдруг пёс прижался к ногам Розы. Девочка со страхом приготовилась, что в неё вот-вот вонзятся острые зубы. Но ничего не произошло.
Не в силах двинуться от ужаса, Роза лишь медленно наклонила голову, чтобы рассмотреть пса. Он принялся её обнюхивать. Зверь несколько раз втянул носом воздух, словно старался запомнить запах девочки.
Роза чувствовала, как его мокрый нос тыкался ей в кроссовки. Кажется, он всё раздумывал: укусить или не укусить?
Куда смотрит его хозяин? Он точно есть, потому что на шее у пса висел ошейник.
Краем глаза Роза заметила, что ошейник сделан из отполированного металла, а к нему прикреплён небольшой цилиндр с отверстиями.
Вдруг послышалось пронзительное тявканье.
– Гавот, ко мне!
Вдруг к рыжему псу, который был в два раза больше, подбежал мопс – такая собака с приплюснутой мордочкой. Мопс был месье Баливерна, соседа с четвёртого этажа. Удивительно, но при виде этой собачки рыжее чудище отшатнулось от Розы, будто его пристыдили. Пёс тут же развернулся и скрылся в одной из улочек.
– Гавот, ты что, возомнил себя бойцовским псом? А как же твои больные суставы? – заметил месье Баливерн.
Роза наконец выдохнула.
– Так-так, юная мадемуазель, – обратился к Розе старик, повернув к девочке сварливое лицо, – неужели вы идёте со школы одна?
Месье Баливерн постоянно вмешивался в дела, которые его не касались.
– Моя школа в конце улицы, – объяснила Роза.
– Разве мама не пришла за тобой? – грубо спросил сосед.
– Она на гастролях, – пробормотала Роза.
Вот ещё, какой любопытный выискался! Вот противный. Но Розе пришлось признать, что сосед попал в точку своим замечанием. Хорошо, что мопсу мистера Баливерна хватило глупости напасть на того огромного пса.
Не желая больше выслушивать комментарии насчёт того, как плохо её воспитали мама и папа, Роза поспешила подняться на третий этаж к себе домой.
3
3
Облегчённо выдохнув, Роза закрыла за собой входную дверь. Девочка сделала несколько шагов по направлению к своей спальне, но вдруг её внимание привлекло какое-то красное пятно.
На диване, на самом видном месте, лежало что-то из одежды. Кажется, плащ… В памяти тут же всплыло воспоминание. Плащ напомнил ей детскую накидку – похожую Роза носила, когда ей было три-четыре года. Как же эта накидка ей нравилась! Вместо рукавов в ткани, одновременно прочной и шелковистой, были сделаны два небольших надреза. Но больше всего Розе нравились пришитые под ними необычные завязки – Роза часто держалась за них.
Накидка, которую она сейчас держала в руках, немного отличалась. Цвет ткани был не таким ярким. Накидка была больше, с настоящими рукавами и деревянными пуговицами, которые продевались в прочные петли. А ещё были какие-то деревянные вставки, похожие на ручки.
Что этот плащ делал на диване? Роза была уверена: его тут не было, когда они с папой утром выходили из дома.
– Папа?
Ответом девочке была тишина. Роза быстро осмотрела квартиру и поняла, что она здесь одна. Но пока она переходила из комнаты в комнату, ей всё больше и больше казалось, что в квартире кто-то побывал. Шторы задёрнуты, хотя папа их никогда не закрывал. Баночки крема на мамином туалетном столике стояли не на своих местах. Постельное белье в спальне родителей скомкано. Запах мускуса в гардеробной… Казалось, будто даже одну из картин в гостиной подменили. С самого раннего детства дочек папа развешивал в комнате их художественные творения – кривых человечков, которых рисовала Роза, и изысканные картины Ирис. Любимой картиной Розы был коллаж из цветов и трав – три домика в звёздную ночь. У одного из домиков отпали стены из листьев, поэтому крыша словно парила в небе. Неужели этот фрагмент пропал сегодня утром?
Роза пожала плечами. Зачем кому-то понадобился детский коллаж?
Взяв в руки накидку, девочка вернулась в свою комнату и плюхнулась на кровать.
– Нам и вдвоём хорошо, правда, Тапенад?
Из гамака в большой клетке, которая занимала почти половину письменного стола, раздался шорох. Показалась мордочка.
Роза отперла клетку и протянула руку хомячку.
– Давай, выходи! Мамы нет, так что она не запретит мне тебя выпускать, а папа понимает, что тебе нужна свобода!
Роза знала маленькую хитрость, как сделать так, чтобы хомячок не убегал: нужно положить в карманы изюм. Тапенаду он очень нравился. Изюм легко хранить, а ещё он меньше вредит здоровью, чем соус, который так любил хомячок и в честь которого его и назвали[1].
Пока Тапенад грыз сухофрукты, Роза провела рукой по накидке и почувствовала, что в глубине кармана лежит нечто круглое.
– Что это такое? – удивилась Роза, как только ей удалось достать этот предмет.
Тапенад прервал свою трапезу и поднял на Розу свой любопытный носик. В три прыжка зверёк оказался рядом с находкой. Странный предмет, по форме напоминавший сферу из металла, скорее всего бронзы, легко помещался в ладони и был похож на старинный измерительный инструмент – подобный Роза видела в Музее искусств и ремёсел. По краям была выгравирована последовательность цифр и букв, украшенная цветочным орнаментом. На первый взгляд казалось, что расположены они в случайном порядке. Наверху сферы располагался небольшой прозрачный купол, в котором парила разноцветная дымка. Цвета облачков перетекали один в другой – розовый, лиловый, голубой и оранжевый, – а сами они кружились по кругу, будто бы на них дул слабый ветерок. Роза никогда прежде такого не видела.
– Тапенад, смотри, как красиво!
Она протянула сферу в сторону хомяка, и в это время её палец коснулся цветочного орнамента – послышался щелчок, и верхняя часть поднялась.
– Да это же крышка!
На дне сферы Роза не увидела ничего, кроме небольшого шарика. Вдруг девочка почувствовала невероятный аромат.
Немного ванили, щепотка мяты, запах свежих трав, выпечка только-только из духовки… Каждый аромат был прекрасен в отдельности, а вместе они были в тысячу раз приятнее. Так пахли далёкое детство, объятья хлопкового одеяля и визг радости. В душе рождалось ощущение чуда, испытываемого при виде проросшего гороха, который посадил, или поцелуя в колючую, отцовскую щёку. Это был давно забытый аромат, нежное воспоминание, обещание. С каждым вдохом Роза чувствовала новые ароматы. Заворожённая, девочка жадно его вдыхала.
Щёлк!
Вдруг хомячок уселся пухлой попой на вкусно пахнущий шарик, и крышка захлопнулась.
– Тапенад! Не хочешь убрать свой мохнатый зад?
Очарование вмиг рассеялось. Роза вернулась в реальный мир. Этот странный успокаивающий аромат напомнил ей о другом запахе, таком знакомом и родном. О маме. Вновь загрустив, Роза подошла к шкафу в спальне родителей. Она достала зажатый между полками голубой платок – этот недорогой кусочек ткани, уже дырявый, мама купила в магазинчике напротив. Синтетический платок хранил её аромат. Роза вдохнула его полной грудью. Вместе с ней аромат вдыхал и Тапенад, примостившийся на плече. Роза шумно выдохнула.
– Как думаешь, она навсегда от нас уехала?
Последние слова Роза почти прошептала. Девочка почувствовала грусть, от которой на протяжении трёх недель пряталась за раздражением. Тапенад чуть прикусил ей мочку уха, и от щекотки Роза снова улыбнулась.
– Ладно, тут ничего не поделаешь, – сказала она, спрятав платок в карман. – Давай хотя бы пообедаем! Приготовим крепути?
Этим летом Роза много времени проводила на кухне. Готовка отвлекала её от постоянных отъездов мамы и помогала избегать кулинарных катастроф папы, который никогда не чувствовал запах гари. А гарью пахло каждое блюдо, которое он готовил.
Роза вместе с мамой придумали рецепт крепути. Так они решили назвать десерт клафути, приготовленный в виде блинчика. Роза быстро почистила две груши и поджарила их на сковороде. Последний раз она готовила крепути два месяца назад, когда Ирис уезжала в Шотландию, перед самым началом учебного года. Запах карамелизованных груш окружил Розу, оживил в памяти яркие воспоминания.
– Кажется, будто мама тут, со мной… – задумавшись, Роза, бездумно крутила в руке бронзовую сферу.
– Пахнет вкусно, – вдруг раздался голос из-за спины.
Девочка обернулась. В гостиной стояла незнакомка.
– Ну здравствуй, Роза.
4
4
Женщина улыбнулась широкой улыбкой, отчего её полное лицо стало ещё шире.
– Э-э-э… Здраст… те… – пролепетала Роза.
– Мой цветочек, помнишь ли ты Люси? – прозвучал голос папы.
Успокоившись, Роза увидела, как из-за спины незнакомки вышел папа. Видимо, девочка слишком увлеклась готовкой и не услышала, как они вошли.
Папа заметил её озадаченный вид и поспешил представить гостью.
– Это Люси! Моя подруга детства! Она решила приехать к нам в гости. Люси только вернулась из Новой Зеландии. Сколько лет, сколько зим! Мы не виделись с тобой целых… целых… сколько лет мы с тобой не виделись?
– Больше пятнадцати лет… – ответила Люси. – Ирис тогда не было и трёх-четырёх, а ты, Роза, ещё даже не родилась! Я очень рада с тобой познакомиться.