– Откуда вы знаете, что там… не Люк?

– У меня есть глаза и нюх, – ведьма постучала крючковатым пальцем по кончику носа.

Она была явно не так безумна, как хотела казаться.

– Когда станет совсем плохо, попроси у своей рыжей подружки вернуть тебе камень. Зелененький такой, – из голоса госпожи Нокс исчезли ее обычные дурашливые нотки. Она говорила непривычно серьезно.

– Кристалл? Он у Саманты? Откуда…

– Слишком много вопросов! Ишь расшумелась, – ведьма недовольно нахмурилась, глаза сделались темными провалами. – Моя очередь задавать вопросы! Лучше скажи, ты когда-нибудь влюблялась, Мальта?

Она снова затянулась, и через мгновение нас окутало густое облако дыма.

– Я… – я почувствовала, что краснею.

– Если не влюблялась, то не стоит начинать.

Ведьма разразилась злым смехом. Я не выдержала. Подскочила и бросилась в дормиторий, где укрылась с головой одеялом.

В ушах все еще звенело от омерзительного хихикания.

Почему она об этом спросила? Чтобы просто посмеяться или за вопросом стоял скрытый смысл.

Криста вечно говорила о любви. Мне сделалось обидно, что так и не удалось понять сестру. Она говорила об «искрах», о «пламени» в сердце. А я никогда не испытывала ничего подобного. Мне нравился Люк, но как друг, как союзник. Я бы ни за что не стала ходить на перекресток и высматривать его.

И все-таки почему ведьма сказала, что не стоит влюбляться. Предостережение.

Я не заметила, как заснула.

* * *

Кухня Пепельных Башен поражала воображение. Вдоль стен высились полки, которые ломились от веса медных кастрюль и сковородок всех мыслимых форм и размеров. На длинных столах высились горы фруктов и овощей, драгоценной зеленью отливали перья фазанов. Среди кипящих котлов и чанов сновали поварята. За ними надзирали строгие повара в пышных белых колпаках. От запахов специй голова шла кругом, а рот наполнялся слюной.

Именно сюда нас с Корином привела Медея, после того как утром он заявил, что желает говорить с Захарией, поскольку располагает важной информацией.

Повар с животом огромного размера расставлял перед магом маленькие тарелочки с кусками разных тортов. Захария с самым серьезным видом пробовал, хмурился, качал головой.

Мы покорно ждали.