– Старик Хенгель снова мечтает о пенсии? – задорно спросила я, усевшись на барный стул.

– Тебе как обычно? – Он потянулся за бокалом, чтобы налить привозного солийского пива.

– Нет, у меня скоро задание, после возьму пару кружек.

Он поставил бокал обратно и снова принялся натирать краны.

– Все еще работаешь на этого бандита? – Хенгель тяжело выдохнул. – Видел, как ты наклонилась к ножке стола… Элен, тебе давно пора поменять место поисков белого города.

Да, мы не были друзьями, но один секрет я все же поведала ему: по пьяни проболталась про свою мечту.

– Портовые ищейки в погонах только и делают, что пытаются подловить тебя, – тревожно продолжал Хенгель. – Я слышал их разговоры… Здесь каждый второй полицай знает, что ты местная…

– Убийца?

– Крыса, – бросил он.

Я не любила поднимать эту тему.

Людская семья растила нас с Делианом по человеческим принципам. Удачное стечение обстоятельств, что нас вообще смогли «пристроить» к взрослым. Брошенные эфилеанские дети никому не нужны. Но сказка длилась недолго – ровно до семи лет. А дальше, спустя три года голодания и скитания по улицам, я коснулась протянутого мне ножа и стала орудовать им за деньги. Выполняла приказы, чтобы не сдохнуть от голода.

Я никогда, ни разу в жизни не убила по собственной воле, только пытала и то в большинстве случаев языкастых ведьм. Однако еще до того, как моя рука лишила кого-то жизни по приказу, с первых дней на окраине порта те, кто замечал красные пряди, торчащие из-под платка, все как один клеймили меня убийцей. Просто за то, что я есть.

«Как бы называл меня брат, будь он рядом? Делиан, кто же я?»

– Чего призадумалась? – спросил Хенгель.

– Вспомнила времена, что уже не вернуть.

– Опять брат?

– Он не обрадуется, узнав, кем я стала.

Хенгель не отозвался, потупив взгляд.

– Черт с этим всем! – вскрикнула я. – Чутье крысы подсказывает, что я уже близка к истине. Недавно я слышала от одного наемника про Кампус. Пока рано уходить.

– Я поставил бы пару зеленых купюр на то, что ты его не найдешь, – ехидно отозвался бармен.