Двери в зал совета были широко распахнуты. В проеме показались чьи-то ноги. Затем и все тело.

Старейшина Альмод.

Арэя не выдавила из себя ни звука, лишь крепче сжала ладони, не позволяя страху завладеть ею целиком.

Некоторые советники с кровавыми подтеками на лицах бездыханно лежали на полу, кто-то оставался в креслах, но верхняя часть их туловища под странным углом покоилась на столе. А во главе этого смертельного собрания сидел темноволосый мужчина необычайной красоты, одетый в черную мантию, и вычищал кинжалом невидимую грязь из-под ногтей. Его лицо было безупречным – совершенным, как у мраморной статуи. Красота пугала. Она казалась неестественной, а глаза его были до боли знакомыми: совсем не человеческими и не мальнийскими.

– Здравствуй, дорогая Арэя, – промурлыкал он. Его голос звучал низко и чувственно и совсем не походил на тот, что она слышала раньше. Но от ярких изумрудных глаз веяло холодом. Они вселяли настоящий ужас. – Как приятно снова тебя видеть.

Арэя молчала, потупив взгляд в пол.

«Духи! Хэвард».

Она попыталась сглотнуть подкативший к горлу ком горечи.

– Он жив. А вот тому, – мужчина кивнул на дверь, где в проеме лежал старейшина Альмод, – повезло меньше. Пришлось сначала вырвать ему язык, глупец совершенно не понимал, когда стоит умолкнуть.

Ноги не держали, и Арэя схватилась за спинку ближайшего кресла.

– Ты король смерглов, – не спрашивала, а утверждала она. Мрачное предчувствие подсказывало, что его ответ окончательно уничтожит надежду на возвращение мужа.

– Можешь называть меня Катаном.

«Катан. Чудовище в облике темноволосого красавца».

– Я читаю твои мысли, дорогая Арэя. Между прочим, это мой истинный облик, не обезображенный проклятием. Приятно слышать, что ты считаешь меня красавцем. – Он нагло скользнул по ее телу взглядом пылающих изумрудных глаз.

Арэя поморщилась и посмотрела ему прямо в лицо.

– Чудовище – это не всегда внешняя оболочка.

– Не поспоришь.

– Где Гелиен?

Мужчина растянул красивые, чувственные губы в хищной улыбке.

– Кузен был вынужден сложить полномочия короля Мальнборна и передать их тому, кому трон принадлежит по праву рождения.

«Кузен? Наверно, ослышалась…»

– Королевский Совет не согласился со мной. Но ничего, они могут и передумать, когда очнутся. Точнее, те немногие, кто очнется.

За годы тренировок Арэя научилась уверенно держаться перед любым противником и не показывать страх. Умела говорить холодным, отстраненным тоном и не менее холодно смотреть, хотя внутри могла дрожать каждая жилка. Но сейчас эта вопиющая слабость, которая ощущалась во всем теле, не позволяла даже просто ровно стоять на ногах.

– Кто… ты… такой?

Смергл ответил не сразу. Он откинулся на спинку кресла, словно заскучал, и вновь принялся выковыривать острием кинжала грязь из-под ногтей. Однако взгляд хищника улавливал каждое ее движение.

– Мое полное имя Катан Даран Мальнсен. Второе имя, кстати, дано в честь старшего сына Мануса – его законного наследника и моего предка.

Арэя стояла и качала головой.

Невозможно.

Казалось, она очутилась в очередном ночном кошмаре.

– Присядь, ты неважно выглядишь, – произнес Катан, оглядев ее с ног до головы. – Я обещал дорогому кузену позаботиться о королеве Мальнборна.

Арэя отшатнулась, но, не успев сделать и пары шагов, споткнулась о чье-то тело. Она едва не упала на пол, но мужчина молниеносно подлетел к ней и подхватил на руки.

– Убери свои руки!

Его прекрасное лицо на мгновение исказила злоба.

– Арэя, неужели ты так ничего и не поняла? – Голос Катана изменился: стал жутким и холодным, будто совсем не из этого мира. – Неужели ты не чувствуешь? – наклонившись, прошептал он ей на ухо.

Арэя содрогнулась всем телом, словно от удара плети. Все вокруг закружилось, пошло белыми пятнами, и она провалилась в темноту.

Удивленная отсутствием звуков, Арэя распахнула глаза.

Оказалось, все и правда молчали. Стейн и Тален придвинулись к Алвису. Стояла здесь и ненавистная Райя, и очень красивая незнакомая девушка.

Тишина была тяжелой, глубокой, как в безжизненных Пустынных землях, и безмолвной, как в склепе: не слышались даже легкие шорохи одежды, волнение ветра за распахнутыми окнами и голоса придворных за дверьми.

Арэя перевела взгляд на Алвиса, и у нее затряслись руки.

– Они хотят не Гелиена.

Брат растеряно приподнял брови. Его кадык дернулся.

– Я беременна, Алвис.

Глава 3

Глава 3

Алвис

Он оцепенел. Слова Арэи выбили весь воздух из легких.

Беременна… Его сестра… беременна.

Он пытался не впасть в ступор, подобный тому, в котором до этого пребывала Арэя. Большую часть разговора она просто отрешенно смотрела на Алвиса, словно на стену.

– Сестра, но… как давно? Когда ты узнала? – хрипло спросил он.

– Уже три месяца. Я узнала несколько дней назад.

Он растеряно уставился на друзей.

Выражение лица Талена, как и всегда, было непроницаемым, но взгляд казался напряженным. Райя обеспокоенно кусала нижнюю губу. Стейн, стоявший рядом, не произнес ни слова, что совершенно на него не похоже. Но Алвис успел хорошо изучить характер друга, и зачастую его спокойствие оказывалось лишь внешним, показным. На Свею он вообще старался не смотреть.

Алвис повернулся к сестре.

«Ну конечно, это все объясняет».

Наверное, от новости ему должно было стать легче, ведь сестре не причиняли вреда, и она просто ждала ребенка. Но легче не стало.

Мальны вынашивали детей почти в два раза дольше, чем люди, – пятнадцать месяцев. Поначалу беременность протекала практически незаметно, и первые признаки появлялись как раз к третьему месяцу. Чем сильнее было дитя, тем больше сил оно отнимало у матери, поэтому за будущим наследником династии осуществлялся особый уход. Старейшины всячески наполняли королеву целительной силой, чтобы ребенок хорошо развивался, а будущая мать при этом продолжала вести привычный образ жизни. Без помощи целителя она иногда просто не могла встать с постели.

– Духам нужен мой ребенок, понимаешь? Они заберут мое дитя, – прошептала Арэя и тяжело вздохнула.

«Как же она слаба!»

От каждого тяжелого, шумного вздоха сестры Алвис вздрагивал. А от каждого ее слова саднило в груди.

Арэя беззвучно плакала.

Алвису всегда тяжело было видеть слезы в глазах сестры. Кроме него, никто не знал, насколько она ранима на самом деле. Еще год назад она ни за что бы не показала слез при посторонних – Алвис сам учил ее быть сильной. Она всегда стойко держалась, переносила все тяготы, а потом, наедине с ним, плакала, уткнувшись носом ему в плечо. Лишь после появления Гелиена в ее жизни она позволила себе частично, но скинуть броню.

– Но с чего вы решили, что духам нужен именно ребенок Гелиена, а не он сам? – наконец спросил Алвис.

– Пока духи только изливают гнев, напоминая, что мы живем по их милости. – Хэвард махнул рукой в сторону окна, где по-прежнему было пасмурно и сыро. Холод, казалось, просачивался даже сквозь толстые стены дворца. – Но я видел будущее. Им нужен ребенок, дважды отмеченный духами.

– Гелиен, – тут же сказал Алвис.

Хэвард покачал головой.

– Нет. Не рожденный от двух народов, а дважды отмеченный самими духами.

– Брат, ребенок зачат в первую брачную ночь… – Голос Арэи дрогнул. – А тогда это был не совсем Гелиен.

На миг у него в голове установилась странная тишина.

– Что вы хотите сказать? Что отец ребенка… – слова застряли в горле, – не Гелиен?

– По крови и плоти – это ребенок Гелиена, – ответил Хэвард. – Но когда зарождается дитя, в нем формируется магическое ядро, хранящее духовные силы, а в момент зачатия внутри Гелиена находилась еще и сущность короля смерглов. – Старейшина уперся взглядом в живот Арэи. – Первенец Мальнсен с двойным ядром. Силы короля мальнов и короля смерглов в одном создании.

Алвис тряхнул головой, и завязанные в узел светло-русые волосы слегка растрепались. Мысли были в полном беспорядке.

– Это невозможно.

– Возможно, – возразил Хэвард. – Я это видел. Духи не тронут дитя, пока ему не исполнится двадцать один год. А Совет не станет рисковать и испытывать волю духов… Ребенка будут растить на убой.

От слов старейшины Алвис не столько увидел, сколько почувствовал страх Арэи. Усилием воли ему удалось собраться, но он продолжал ощущать этот страх, словно призрачное прикосновение.

– Мы что-нибудь придумаем. Найдем выход, и Совет ничего не узнает. – Он положил ладонь на плечо Арэи.

– Брат, – она подняла голову и сжала его руку своей, – если Совет узнает о наследнике, но не будет знать, какую цену запросили духи, то, как только ребенок подрастет, некоторые советники… могут попытаться убить Гелиена. Род Мальнсенов продолжится, а убив Гелиена, они навсегда избавятся от короля смерглов.

Алвис начал метаться взад-вперед. Он едва мог поверить в то, что его еще не рожденный племянник или племянница – некая высшая сила. Дитя, духовно принадлежащее и мальнам, и смерглам. Еще и первенец Мальнсен, которого следует принести в жертву ради спасения… всех мальнов. На смерглов ему было плевать.

Он продолжал нервно вышагивать по залу. Казалось, что если он не успокоится, то Стейн ему врежет. «И правильно сделает, сестре и без того сейчас тяжело».

С трудом взяв эмоции под контроль, Алвис сел в ближайшее кресло.

– Значит, мы спрячем ребенка, – вдруг сказал Стейн. – Поступим так же, как король Рикард когда-то. Увезем дитя в Хадингард и отдадим Эрику и Кае.