А неплохо получилось. Так, посмеиваясь и прокручивая в голове лица Данилы и врио наместника, я направился к друзьям. Заодно и реакцию на мою статую проверю на них.
— Это что? — воскликнула Ксения, когда мы со статуей приблизились к остальным.
— Не что, а кто, — весело сказал я. — Знакомьтесь, это… ммм… ну пусть будет Маша.
— А чего не так? — я оглядел свою работу. — Нормальная статуя получилась.
— Хороша Маша, да не наша, — усмехнулся Андрей Левин, подмигнув Борису Дорохову.
— Ой, да ладно тебе, — отмахнулся Борис. — Нормальная у меня сестрица сводная, в отличие от остальной семейки.
— Вы сейчас о чём? — Пожарская нахмурилась и смерила взглядами веселящихся Громобоев.
— Не о чём, а о ком, — Борис повторил мою фразу, выставил указательный палец вверх и рассмеялся. — У меня сестру Машей зовут. Тоже красивая и красный цвет любит. Похоже, кстати.
— Ничего не поняла, — Ксения надула губы, а Громобои взорвались смехом.
— Простите, княжна, это наша шутка, междусобойная, — Борис развёл руками и попытался спрятать улыбку. — Я же с матерью жил, пока магия не проявилась. Не по статусу сыну князя было жениться на обычной портнихе, вот и мыкались с матерью, пока дед на меня не вышел.
— Прости, Борис, я не хотела обидеть, — Пожарская покраснела и отвела взгляд. — Я забыла о твоём… происхождении.
— Да ерунда, — Борис подмигнул Ксении и качнул головой. — Княжеский род Дороховых признал свою ошибку, выделил мне содержание и приставил учителей. Только я всё равно сбежал на Рубеж.
— А с Машей что? — поинтересовался Саша, не сводя взгляда со статуи.
— Оставил сестрёнку с родными, не с собой же её тащить к демонам в пасть, — хмыкнул Дорохов. — Хорошая она девочка, добрая. Подружились мы, конечно, до сих пор созваниваемся.
— Познакомишь? — выпалил Саша, а потом наткнулся на мой взгляд и поднял руки ладонями вперёд как бы извиняясь.
— Это всё хорошо, но давайте мы разберёмся с элементалем и туземцами, а потом будем знакомства устраивать, — сказал я, оглядев нашу компанию.
Элементаль уже не светился золотистым цветом, а стал почти прозрачным. Могу только представить, сколько энергии он угрохал, чтобы удержать щиты на всех моих спутниках. Надо бы кстати отблагодарить его за помощь, без неё всё могло закончиться не так хорошо для некоторых из нас.
— Ты говорил о свободе, — обратился я к нему. — Что конкретно вы хотите?
— Покинуть Иссил, — прошелестел едва слышно элементаль.
— Я уже говорил — за барьером всё иначе, — я вздохнул и огляделся по сторонам.
Чёрный песок перекатывался по каменному плато, на котором мы стояли. Шорох мелких камешков был похож на шелест волн. Не знаю, почему у меня сложилась именно такая ассоциация, может просто надо отдохнуть, поваляться в гамаке и поплавать в солёной воде?
— Так вот, — я тряхнул головой, отгоняя мысли об отпуске. Всё равно в ближайшее время он мне не грозит. — За барьером другая жизнь, другие законы. Там нет элементалей, но есть инквизиция и Хранители, которые имеют доступ к любой точке мира.
— Жидкий камень, — сказал элементаль и подплыл к моей статуе. — Если сложить его нужным образом и напитать, он закроет доступ Хранителям. Мы уже делали это однажды, сделаем снова в другом месте.
— Я не буду закрывать свои земли от всех, — поморщился я. — Только от Хранителей. Я планировал изолировать Каньон, а не всё, что вокруг него.
— Мы поможем, найдём решение, — элементаль снова подплыл ко мне. — Оставаться в Иссиле подобно пытке.
— Почему сами не уйдёте? — поинтересовался я. У меня после боя с големами ноги тряслись, но я упорно стоял, хотя и немного пошатывался.
— Барьер, кристалл — они связаны с нами, — элементаль вздохнул совсем по-человечески и опустился ниже. — Если мы покинем город, всё, что было нами создано, разрушится. Мы этого не хотим.
— Так, давай конкретнее, что ты предлагаешь? — ох уж эти неземные сущности, которые мыслят не так, как люди. То хотим уйти, то не можем уйти. Пойди пойми их.
— Служение тебе, спаситель, — сказал элементаль, крутанувшись вокруг лисёнка на плечах Михаила и подлетев вплотную ко мне. — Ты смог подарить одному из слабейших физическую форму. Мы тоже хотим так.
— Это была не моя заслуга, — признался я. — И не называйте меня спасителем, уж вы-то — не дикари.
— Ты Проводник, — сказал элементаль, и в воздухе повеяло чем-то сверхъестественным, у меня даже мурашки по предплечьям пробежали. — Тот, кто сможет восстановить течение энергии. Ты уже сделал это, просто сам не понимаешь.
— Да я много чего натворить успел, — я пожал плечами. — Даже вон в инквизицию вступил и Каньон закрыл.
— Проводник энергии — спаситель для нас, элементалей. Мы ждали тебя сотню лет, — м-да, пафоса этому элементалю не занимать. Даже возникло чувство дежавю — точно так же вещал грозовой элементаль, когда я с ним договор заключал. — Не поможешь ты — никто не поможет.
— Я так и не услышал конкретики, — сказал я. Мне этих разговоров вокруг да около хватило с Вольтом. — Давай по делу.
— Нас двадцать пять, — прошелестел элементаль, став ещё бледнее. — Пятеро отправятся с тобой, чтобы помочь с барьером и изучить мир снаружи. Двадцать останутся здесь, поддерживать кристалл.
— А дальше что? — уточнил я с интересом. Пять элементалей, конечно, куда лучше, чем двадцать пять. Куда бы я их дел всех?
— Будем сменять друг друга, а когда победим Хранителей, станем свободными, — элементаль стал почти прозрачным, и я испугался, как бы он не развоплотился. Ну или что там элементали делают, когда умирают. — Этот мир был нашим домом. Ты подчинил жидкий камень, и мы по праву можем назвать тебя хозяином живых камней и служить тебе во имя справедливости, наравне с твоими созданиями.
— Ты про Машу? — я указал на статую. Ну красивая же, зараза, получилась!
— Да, и про остальных тоже, — отныне, где бы ты ни был, живой камень в твоих руках станет оружием и подчинится.
— Хм, про каких остальных… — я не договорил, и резко обернулся.
Плеск волн, да? Шорох песка и гальки? Ага, щас!
На каменном плато виднелись бугры, которые будто перетекали под землёй. И стоило мне подумать о том, что это неспроста, как камень вспучился, и наружу хлынула дюжина мини-Машек.
— Стоять! — рявкнул я, и всё замерло. Даже Вольт завис с торчащими кверху лапами. — Что здесь происходит⁈
— Мои дети пришли приветствовать хозяина, — сказала мама-статуя.
Мелкие, ну, наверное, всё же големы подбежали ко мне и встали в ряд. Ростом они были чуть повыше меня, и все их прелести прикрывали красные балахоны, точь-в-точь как у старшей Маши. Да где ж я так нагрешил-то?
— Им обязательно быть такими? — спросил я у Маши.
— Они мои дети, — ответила она. Я так понял, это означает, что да, они такими и останутся. — А вот остальные будут иными.
— Остальные… — с сарказмом протянул я и кивнул головой. — Ну всё понятно же. Будут ещё остальные. Потрясающе!
— А потрогать можно? — тихо спросил Саша. Я посмотрел на него и хлопнул себя по лбу ладонью. Цирк на выезде. — Понял, не буду.
— Значит так, — я повернулся к Маше. — Остаётесь здесь, пока я за вами не приду. Ничего не делаете, никого не трогаете, сидите себе под землёй и ждёте. Ясно?
— Десять дней, — сказала Маша. И снова она говорит загадками. Вот что это значит? — Десять дней мы можем ждать, потом начнутся необратимые разрушения. Но ты можешь взять с собой частичку меня, и тогда увеличишь срок до тридцати дней.
— Давай свою частичку, — махнул я рукой, а потом задумался. Надо же ещё оружие для Громобоев раздобыть, чтобы иметь аргументы при разговоре с туземцами.
Моя статуя протянула мне руку, а когда я подставил ладонь, в неё упал каменный палец. Да ладно? Мне теперь с пальцем в кармане бегать и думать, как бы его не потерять?
Неужели нельзя было пёрышко от крыльев отломить? Или вообще сделать что-то вроде кулона с кольцом, чтобы я на цепочку с медальном эмиссара повесил? Только я об этом подумал, как палец на моей ладони преобразовался в подвеску в виде факела инквизиции.
— Как красиво, — тихо сказала Пожарская, когда я повертел подвеску в руках, а потом прицепил к медальону. — Вот бы и мне такую…
— Вот когда свою статую сделаешь, у неё и попросишь, — сказал я, глядя на элементаля, который не то уснул, не то уже помер. — Эй, уважаемый, надо бы нам вернуться в Иссил, пока ты совсем не растаял.
— Да, надо, — шелест его слов я едва уловил. — Но мы не можем выйти… дверь закрыли с той стороны.
Я посмотрел туда, где находился разлом, и выругался. Так вот куда утекала энергия золотистого элементаля. Я-то думал, что он на нас потратился, а потом продолжал подпитывать кристалл. А он всё это время пытался удержать открытым проход в Иссил.
— Это туземцы сделали или элементали? — спросил я, сжав кулаки. Наш золотистый приятель окончательно перестал быть виден.
— Вместе… мои собратья не смогли отказать, — проговорил он, с трудом выговаривая слова. — Есть… сфера подчинения… для таких случаев.