— Решено! — проорал Крылов во всё горло. — Назначаем нашего эмиссара главным инквизитором московского филиала. Наделяем Юрия Громова полномочиями наместника Московского и эмиссара всея инквизиции.
Чего? А меня спросить? Нужна мне их эта волокита прям!
— Назар! — окликнул я его. — Мне не нужно место наместника, у меня и без него забот хватает.
— Ну можешь назначить того, кто будет исполнять все твои обязанности, — предложил он, чуть подумав. — Но без должности наместника могут быть проблемы. Я не знаю точно, сколько полномочий у тайного эмиссара.
— Мне хватит и их, — я показал ему активированный медальон, на котором горели магическим огнём рубины и факел. — Приказы я могу отдавать и так, а всё что свыше этого… не хочу сидеть в кабинете и бумажки перебирать.
— Так тебе и не придётся, я возьму на себя все хлопоты и волокиту, но должность будет за тобой, — Назар был очень убедительным, так что я кивнул. — Вот и славно. Теперь самое главное! Сохраняете секретность, всё, что вы здесь услышали, не должно выйти за пределы зала для собраний. Ни единая душа не должна знать, что мы научились лечить одержимых!
Инквизиторы согласно закивали и даже начали приносить клятвы. Я же сказал Назару, что отправляюсь домой. Хватит с меня сборищ и красного цвета.
До квартиры мы с Вольтом шли не спеша. Я переваривал новость о должности наместника и о том, что мне теперь предстоит командовать всеми столичными инквизиторами. А ведь у меня ещё поместье ждёт ремонта, и люди — своих домов.
Зайдя в квартиру на Неглинной, я устало сел на диванчик в прихожей. Сейчас посижу минут пять и пойду помоюсь, переоденусь, поем. Вспомню, в конце концов, что я живой человек и нуждаюсь в отдыхе.
Захар выскочил в прихожую, посмотрел на меня и всплеснул руками.
— Ой, не бережёте вы себя, ваше сиятельство! — запричитал он. — Опять вон свежие раны, да и балахон весь в кровищи!
— Это как ты кровь-то увидел? — удивился я. — На красном же не видно.
— Что я засохшей крови не навидался за жизнь-то? — он покачал головой и подбежал ко мне. — Давайте я вам помогу до ванной дойти, а там и отмокнете, и в себя придёте.
— Да всё в порядке, Захар, — отмахнулся я от его помощи. — Просто устал немного.
— Так немудрено, скачете целыми днями, трудитесь во благо рода, — он утёр набежавшую слезу. — Такой вы стали взрослый да опытный. И не скажешь, что только совершеннолетие справили.
Я кивнул, встал с диванчика и потопал в ванную. И правда, чего расселся, когда дел невпроворот. Быстрый контрастный душ меня взбодрил и смыл с меня кровь инквизиторов.
Чистая одежда подняла настроение, а сытный ужин и вовсе сделал меня самым счастливым человеком в мире. Я откинулся на спинку стула и почесал Вольта за ухом. Мой питомец довольно засопел и подставил голову, чтобы мне было удобнее его чесать.
Когда зазвонил браслет, я уже сомлел и почти решился пойти подремать. Увидев номер Андрея Левина, я нахмурился. Командир Громобоев не стал бы звонить по пустякам.
— Слушаю, Андрей, — быстро ответил я на звонок. — Что-то случилось?
— Тут такое дело, Юрий, — как-то неуверенно начал он. — Не знаю, как и сказать. Вроде бы ничего не случилось, но тревожно мне.
— Давай конкретнее, — сухо сказал я. Интуицию вояки, который не один год служил на Рубеже, не стоит игнорировать.
— Прибыли тут работники, завалы расчищать и дома отстраивать, — теперь голос Левина зазвучал увереннее, когда он понял, что я не подниму его на смех. — Ну мы их проводили, ребята в Громовке остались некоторые. А тут в санатории что-то неладное творится. Вроде бы всё, как всегда, но…
— Андрей, договаривай, — поторопил я его. — Не может твоя чуйка врать, слышишь.
— Люди странно себя ведут, — выдохнул он. — Ходят, говорят, едят, но не то всё. И самое интересное, — приехали работники столоваться и перекрыли все выходы. И ребята мои рядом с ними встали.
— Громобои? — уточнил я.
— Да, но не только они, — Андрей вздохнул. — Часть рубежников тоже против остальных. Они просто стоят у дверей и никого не выпускают.
— Сейчас буду, — сказал я. — Ты сам-то где сейчас?
— В столовой с людьми, нас тут будто бы заперли, — до меня донёсся нервный смешок. — Не палить же по людям?
— Ничего не делай, жди меня, — сказал я, оборвав звонок и посмотрев на Вольта. — Ты всё слышал. Выдвигаемся.
Мы вышли на улицу и через секунду исчезли во вспышке молнии, чтобы оказаться у ворот санатория. Я направился к дверям, но те распахнулись сами. Из санатория вышел Александр, посмотрел на меня и приветственно кивнул.
— Саша, что у вас тут происходит? — спросил я у друга.
— А вот и ты, княже, — Саша улыбнулся и мотнул головой, смахнув длинную чёлку.
Продолжая улыбаться, он шагнул ко мне, крепко обнял и сказал:
— Сдавайся, Проводник, и тогда твои люди останутся в живых.
Глава 3
Глава 3
Ярость вспыхнула во мне и, кажется, прожгла дыру в груди. Ублюдки! Твари! Вот что они задумали⁈ Сделать одержимыми всех, кто мне дорог!
Я прижал к себе друга так крепко, как мог, сжал челюсти до хруста и переключился на магическое зрение. Мне было плевать, будет ли Саша бороться, будет ли сражаться за свою душу. Хочет он или нет, но я вытащу сраного демона из его тела.
Мне не нужен был «поводок». Мне вообще ничего не нужно было. Я мысленно запустил руку в душу своего друга, схватил демоническую душонку за загривок и рывком выдернул его.
Пепел сгорающей души оседал с той же скоростью, с которой оседал на землю мой лучший друг. Я знал, что сделал ему больно. Гораздо больнее, чем если бы он сопротивлялся демону и действовал заодно со мной.
Но мне было плевать. Теперь он чист. И больше ни единая тварь не сумеет воспользоваться им.
Я ускорился и схватил ближайшего ко мне одержимого. Им оказался деревенский мужик, который помогал при разгрузке каменных столбов. Я снова хотел сделать всё быстро, но не вышло.
Несмотря на то, что этот мужчина сопротивлялся, моя ярость чуть угасла. А именно она и была тем рычагом, что позволил мне так быстро справиться с демоном в теле Саши. Ну ничего, я могу ускориться.
Демоны ничего не успеют понять к тому моменту, когда я закончу. И снова я начал тянуть поводок. Снова пыжился изо всех сил и сжигал демонические сущности огнём своей души. А потом ещё и ещё.
Когда я вернулся в реальное время, оказалось, что я сумел изгнать демонов только из половины одержимых. Всего девять душ я сжёг, тогда как в санатории было около сотни людей. Хорошо хоть не все они были одержимыми.
Я сжал медальон и отдал приказ своим экзорцистам явиться в санаторий Голицыно как можно скорее. Я планировал натаскивать их на заключённых инквизиторах, но там ещё не известно, что будет, а здесь десятки готовых к изгнанию демонов в телах моих людей.
— Всем сохранять спокойствие! — крикнул я во всё горло. — Работает инквизиция! Тарек и остальные, ко мне, живо!
Первой ко мне пробилась Ксения, просто оттолкнув по пути нескольких людей. Она сжала мою ладонь на миг, а потом отступила.
— Хорошо, что ты здесь, — тихо сказала она. — Я сразу заметила, но меня оглушили и заперли в одной из комнат. Когда я выбралась, тут уже всё закрутилось.
— Сейчас будешь работать в связке с туземцами, — сказал я, пихнув в сторону одержимую женщину лет шестидесяти. — Я покажу им, как изгонять демонов, а ты будешь их сжигать.
— Я и сама могу изгонять, если покажешь, — возразила она.
— Твоё умение сжигать демонические души важнее, чем даже изгнание, — я вздохнул. — У туземцев в Иссиле работал магнит вместе с энергией копий, а тут ничего нет, чтобы уничтожить изгнанные души, понимаешь?
— Ну ты же как-то справился, я видела, — она задрала подбородок, собираясь спорить.
— Ксюша, ты можешь просто сделать то, что я прошу? — спокойно спросил я.
Если она продолжит огрызаться, то нашу дружбу я посчитаю разорванной. Не нужны мне такие друзья, которые в нужный момент могут всё испортить. Видимо, Пожарская что-то прочитала в моём взгляде — она несколько раз моргнула, закусила губу и кивнула.
— Прости, я опять спорю, — сказала она очень тихо.
Отвечать я не стал — ко мне как раз прорвались туземцы, которые хоть и щадили моих людей, но всё же тумаков им надавали. Кого копьём плашмя огрели, кому тупым концом по хребту двинули, а кого и с ног сбили.
— Слушайте меня внимательно, — проговорил я. — Вы все прошли инициацию, и теперь вам нужно помочь это сделать моим людям. Я знаю, что вы считаете помощь признаком слабости, но вы должны понять вот что — вас к этому готовили с детства, объясняли, как всё будет происходить. И вы шли в Каньон за душами демонов, а эти люди ничего не знали об одержимости, они не знают, что делать.