Но даже потеря птиц, стоимостью в неплохое поместье, не так расстроила хозяина кабинета, как недавний взрыв. На фоне прочих потерь, иномирные попугайчики были сущей безделицей.

С самого утра уже позвонили главы двух из трёх родов, которые вложились в совместное предприятие под гарантии безопасности, выданные им, Владимиром, лично.

Но даже с этим он справился бы. Немного обеднел, но репутация дороже денег. Даже у сильнейшего рода Российской Империи.

Для дурного настроения была другая, куда более серьёзная причина. В том взрыве были уничтожены оба джаггернаута, переданные ему из Императорской охраны. А это означало скорый визит главы Тайной канцелярии.

В отличие от прочих придворных лизоблюдов, да что говорить, и самого малолетнего Императора, Шуйский не имел влияния только на этого загадочного человека. Что говорить, даже его имя было загадкой. Как и внешность.

Человек – никто. Про него нет ни одной записи в архивах. Ему не начисляется зарплата в казначействе. Такое впечатление, что это вовсе призрак, а не человек в чёрной маске. Он появляется и исчезает там где ему вздумается, легко обходя любые защиты и охрану.

Закончив очередной телефонный разговор, Владимир Никанорович хотел было позвать слуг, чтобы они убрали последствия его несдержанности, уже третье за этот месяц, когда его взгляд зацепился за лежащий на столе конверт.

Он мог поклясться чем угодно, но секунду назад письма там не было. Ни адресата, ни даже старомодного сургуча. Только Герб – двуглавый орёл сжимающий в лапах кинжал и удавку. Символ Тайной канцелярии.

Дрожащими руками, князь поднял конверт и заглянул внутрь – внутри оказалось пусто.

Но даже так, Шуйский весь покрылся испариной. Пустой конверт означал, что он теперь под пристальным вниманием. Можно сказать, это было первым предупреждением.

По некоторым слухам, доступным крайне узкому кругу лиц, его предшественник и конкурент, князь Распутин, тоже получил пустой конверт перед тем как загадочно пропал предыдущий Император.

Шуйский же, просто воспользовался ситуацией. В интересах собственного рода, разумеется. В высокой политике нет места рефлексии.

Демонизировать конкурента в глазах народа. Вырезать его род через подставных, и не только, лиц. Присвоить активы. Всё что угодно, лишь бы усилить свой род.

Всё это можно и даже немножко сверху. Всё, кроме предательства Императору. Это смерть.

Мало кто знает, но некогда существовал род Мухиных. Очень большой и очень сильный. Они бросили вызов Романовым. Решили сами стать правителями. Теперь про них знают лишь единицы. Только те, кому положено знать, что бывает с зарвавшимся родами.

Когда раздался стук в дверь, Шуйский уже успокоился.

— Входи, Степан!

В кабинет вошёл звероватого вида модификант с обезображенной рваным шрамом щекой.

— Ты выяснил кто это мог быть?

— Нет, ваше сиятельство. Под подозрение попали Мышкины, Петровы и Вяземские. Но они ваши торговые парнёры, да и не имеют настолько сильных бойцов. Единственное, что удалось выяснить – диверсантов было немного. Не больше пяти человек.

— Степан, ты хоть представляешь, какой силы должны были быть нападавшие, чтобы уничтожить двух, Двух Джаггернаутов!?

— Ваше сиятельство. В том районе зафиксировали замыкание высоковольтной линии за минуту до взрыва. Почему не сработала защита, мои люди уже разбираются.

— И что, больше никаких следов?

— Мы отрабатываем дополнительные версии, но все видеозаписи были уничтожены взрывом.

— Значит расширь зону поисков. И присмотрись к этим троим родам. Они могли кого-то нанять. Не обязательно даже, что старейшины. Не мне тебя учить.

***

Следующие два дня не происходило ничего интересного. Я гонял кота. Кот гонял гвардейцев. Гвардейцы гоняли скелетов. Только скелеты никого не гоняли и недовольно скрипели зубами.

Митрофан усиленно тренировался. Проклятия ему пока не давались, зато умертвия выходили на загляденье.

Приезжал Волков. Измерив дерево, пообещал приехать в следующий раз с нужными инструментами.

На третий день позвонил Пётр Евгеньевич и пригласил на заставу.

В этот раз выехали впятером. Я, Морозов, Карл с Фридрихом и Сахарок. Просто так, на всякий случай.

Эта мохнатая жопа просто пролезла в наш внедорожник и сидела в нём с видом будто была там всегда.

Оттоманский выглядел слегка помятым. Даже попросил громко не разговаривать. Однако, после дозы Тёмного исцеления, повеселел и даже предложил выпить. Чаю. А не того что вы подумали.

— Вот, ваше сиятельство, как я и обещал, справил вам официальную передачу аномалии под надзор.

— Признаться, ваши ребята впечатлили. Пока мои бойцы вынужденно охраняли генералов, случился прорыв периметра и паре Кровопускателей удалось сбежать.

— Ого. Это же минимум третий уровень опасности.

— Да. Ваши бойцы их перехватили и ликвидировали практически без потерь.

— Ещё бы они потеряли кого. Зомби-воина не так уж и просто убить.

— Так они не живые? Ни за что бы не подумал. Издалека совсем как обычные солдаты.

— Вблизи ещё насмотритесь. Уж поверьте.

— Позвольте избежать этой незавидной участи. Я лучше с живыми солдатами. – замахал руками офицер и разлил заварившийся чай.

— Да не тушуйтесь, подполковник, не хотите, заставлять не буду.

На мою нехитрую шутку, собеседник слегка ухмыльнулся.

— Очень на это надеюсь. Так вот. Когда мой командир, генерал Иволгин, увидел ваших бойцов в деле, так сразу и распорядился передать этот участок под ваш контроль. Сколь бы армия ни была велика, солдат всегда нехватает.

— Это уж точно.

— А вы ещё и Проскурина сманили. – шуточно пожурил меня Оттоманский.

— Может оно и к лучшему будет. Ему ещё вчера утвердили прошение об отставке. Прямо из госпиталя, думаю, рванёт прямо к вам. – подполковник с шумом отхлебнул крепкого, как солдатский сапог, чая.

— Вы сегодня полны отличных новостей, Пётр Евгеньевич. – обрадованно улыбнулся я.

— Тогда я вас огорчу. Империя в опасности.

— Простите?

— Монгольское ханство стягивает войска к границам. Ляхи в открытую начали разбойничать. Турки перекрыли проливы, но вроде не нападают.

— А что скандинавы?

— А скандинавы сидят на попе ровно. Помнят, черти, как им вломили лет двадцать назад.

— Странно. Почему я не слышал?

— Ну, вас может ещё не родили, на тот момент, уж простите за прямоту.

— Ничего страшного. Я действительно молод.

— Так вот, тот конфликт никто широко не оглашал. Ни тогда, ни сейчас. Семидневная война, как её прозвали. Шведский король подбил Датского соседа напасть на нас. Да только просчитался. Дания у нас в кулаке была уже тогда. А шведов мы гнали до самого Стокгольма.

— Прям так и гнали? – рассмеялся я, зная примерные силы, которые могла выставить эта не самая крупная и богатая страна. Удивительно, зачем они вообще решились напасть?

— Это образно говоря. Тридцать девятая гвардейская дивизия просто смяла их наступательный корпус и три дня не спеша каталась по стране, пока высокие стороны договаривались. – хохотнул подполковник.

— Эх, хорошие времена были. Шведки такие были… Ух! С виду недотроги ледяные. А что в постели вытворяли… Да-а-а. – лицо офицера приняло мечтательный вид.

— Значит, кругом враги. – резюмировал я.

В целом, информация для меня не слишком нужная, не тот у меня масштаб. Но не лишняя. Уменьшать обороноспособность своей страны не хотелось.

Даже та партия красных энкрисов на заводе Шуйских выглядела в другом свете. Вполне возможно что накопители пошли бы на армейские нужды.

Во всяком случае, я очень на это надеялся. В любом случае, сделанного не воротишь, а у нас вона родов, на минуточку. Пусть и не объявленная. Её просто никто не утвердит, не смотря на всё влияние Шуйских.

Ещё и возросшая активность аномалий. Разломов становится больше и они ведут в более опасные места. Драколич, опять же.

В интересные времена я попал.

Армейцы задерживаться не стали. Всего за два часа лагерь опустел. Даже мусора не осталось. Интереса ради заглянул в постройки и в арсенале обнаружил неожиданный подарок.

Бойцы Оттоманского очень удачно “забыли” там пару пулемётов с боезапасом и расходниками. Не теряя времени, приказал своим прибрать находку.

Мало ли вдруг проверяющий какой нарисуется и отобрать захочет.

Одну адскую машинку отправил на пост возле дороги, вторую затащили на специальную вышку. Там даже крепления любезно оставили.

Без дела он там долго не простоял. Поверхность свежего оранжевого разлома пошла волнами и из него повалили некрохимероиды.

Застучавший было пулемёт, быстро замолк, поскольку пули, даже крупнокалиберные, не наносили критического урона. Пришлось вступать в бой по старинке – с мечами и пиками.

Я решил не оставаться в стороне. Покрыл себя костяным доспехом, создал двуручный меч и врубился в нестройные ряды монстров.

Порождения больного разума представляли из себя неровно сшитые, местами сплавленные, куски тел самых разных существ. Поскольку этот конструктор собирали как попало, боевая эффективность химер была крайне посредственной. Но попадались и довольно удачные экземпляры.

Кентавропаук с руками вместо ног и двумя головами — вторая была на животе, довольно проворно перемещался и даже умудрялся пользоваться ржавыми мечами. По одному на каждую руку на теле.

Его я порубил первым – мельтешил сильно, с остальными справились мои ребята. Разве что с горилло-образным колобком провозились дольше всего.