— Ангелов не существует, — нахмурилась Марьяна.

— Ты защиту от них на свой дом поставила, а говоришь, что они не существуют, — я снова мягко улыбнулся.

— Символы старые, я возле замка Иво подсмотрела. Раз уж некромантам помогла замки в неприкосновенности держать, то мою избушку и подавно. Правда, этот символ какая-то сволочь нарушила, и я не смогла его восстановить. Там совсем другие силы задействованы, — добавила она задумчиво.

— И, тем не менее, это весьма качественная защита от ангелов, — я не отрывал от ведьмы пристального взгляда, а то метла в её руке слегка напрягала, потому что она двор мести явно не собиралась. — Вон, например, тот крендель так и не смог войти на твой двор, — и я кивнул на Велиала.

— Это ангел? — Марьяна с удивлением разглядывала Падшего. — Непохож, я их другими себе представляла.

— И всё-таки он ангел, точнее, даже архангел, причём один из самых сильных, — я проследил за её взглядом и передёрнулся.

— Я могу видеть истинный облик вселившихся в людей демонов, призраков и других монстров. Но я не вижу, чтобы он подчинил себе тело этого бедняги, — она прищурилась и покачала головой, недобро покосившись на меня, словно я ей сейчас откровенно врал.

— Это его человеческая форма, если можно так сказать, — сразу же ответил я. — Сильнейшие из архангелов могут и не такое. Но он не ангел в чистом виде. Он — Падший, его наказали, сбросив в преисподнюю.

— За что? — Марьяна не переставала хмуриться.

— Поверь, там было за что, — я перестал улыбаться. — Где Ма… Николай, — поправил я самого себя. Как бы я ни относился к Мазгамону, но всем подряд имя демона перекрёстка разбалтывать тоже не дело.

— Да вон он, с цветочком играется, — усмехнулась Лисина, кивнув в сторону сильфия.

Тут только я заметил, что это неадекватное растение ведёт себя слишком неадекватно. Сильфий раскачивался и бил по земле ветками, словно пытался кого-то прибить. Мазгамон больше не орал, наверное, экономил силы и боролся молча. Я рванул калитку на себя и вбежал во двор, глядя на открывшееся передо мной зрелище. Разросшееся растение яростно атаковало ловко уворачивающегося от него демона. Но сильфий не просто хотел ударить слишком шуструю добычу, а целенаправленно посылал в его сторону побеги, такие же, как тот, что дал росток в моей голени.

Вздрогнув, я попятился. Вот чего мне точно не нужно, так это снова себя резать наживую. Один из ростков двинулся было в мою сторону, но затем передумал и снова принялся атаковать Мазгамона. Присмотревшись, я увидел прямо под ногой часть демонской ловушки. Вытащив кинжал, присел, повернулся к Марьяне и сказал:

— А говорила, что не удерживаешь, — я усмехнулся и покачал головой. — Прости, когда этот придурок уйдёт, ты без проблем всё восстановишь, — и провёл кинжалом по земле, рассекая линию.

Почувствовав свободу, демон рванул из этой страшной ловушки так быстро, что меня качнуло, и я чуть не свалился. Вскочив на ноги, я отпрянул от метнувшегося в мою сторону ростка. Мазгамон выскочил за пределы двора, и ростки замерли на месте, а потом взмыли вверх и одновременно присоединились к материнскому стволу, прикинувшись безобидными веточками.

Под возмущённым взглядом ведьмы я вышел с её двора и подошёл к упавшему на колени Мазгамону, который в этот момент пытался перевести дух.

— Ну что, никуда не прилетело? — спросил я, осматривая долговязую фигуру и не отмечая никаких повреждений.

— Нет, а что должно было прилететь, кроме того, что эта страшная штуковина хотела меня убить? — пропыхтел демон, поднимаясь на ноги.

— Ты наговариваешь на бедный цветочек, — я не смог удержаться от насмешки. — Если мне правильно объяснили природу сильфия, то убить он неспособен. Наоборот, он приносит добро и здоровье. Но, как и всякое живое существо, сильфий имеет потребность размножаться, и, похоже, ты ему приглянулся как родитель его побега.

— Что? — Мазгамон уставился на меня, а подошедший к нам Падший хохотнул.

— Мазгамон, тебя хотели использовать для размножения, и вовсе не в роли отца? — и он расхохотался.

— Да, сильфий хотел внедрить в него семена, чтобы они дали всходы, были извлечены и высажены в землю, — нудным голосом пояснил я, решив, что не буду говорить им о том, что сам пережил нечто подобное.

— Ты хоть понимаешь, что это даже звучит неприлично? — вскинулся демон. — Давай вот он будет как-нибудь без меня размножаться, ладно?

— Мазгамончик, ты это у меня спрашиваешь? — я удивлённо посмотрел на него и вогнал кинжал в ножны. — Ты зачем вообще к нему полез?

— А куда мне было деваться? — взвился демон. — Я в ловушке, с крыльца ведьма метлой огреть пытается, если не похуже что-то сделать, и никто, совсем никто из тех, кто обещал защитить беззащитного и обездоленного демона, не пришёл ко мне на помощь!

— А-а-а, — протянул Падший, — так значит, сам соблазнил несчастный цветок и бросил, — он снова захохотал, но внезапно выпрямился и развернулся. В его глазах при этом сверкнул огонь преисподней.

Я проследил за его взглядом. Из соседнего дома вышла тоненькая женская фигурка и остановилась возле роскошного куста роз. Розы-то как разрослись, а какие крупные бутоны, словно цветы радуются выздоровлению хозяйки, или же… Меня словно током прошило: или же кто-то неаккуратно оставил под этими розами корону. Всё-таки сущность Мурмура ангельская, и цацка с его энергией заставляет розы цвести, а сильфий за столь короткое время уже вступить в период размножения.

— Там, — Падший указал пальцем прямо на смотрящую на нас Ирину и быстро пошёл к ней, натянув на лицо самую обаятельную улыбочку.

Я бросился за ним. Не позволю причинить вред девчонке, она и так настрадалась, хватит с неё. Велиал передвигался стремительно. Я сумел его догнать в тот момент, когда он уже открыл калитку. На доме Ирины никакой защиты не было, поэтому к ней вломиться мог вообще кто угодно. Надо бы позаботиться и как-то оградить мои земли и моих людей от этой шоблы. Земель много разных, пускай где-нибудь в другом месте развлекаются.

— Прелестное дитя, — ух ты, Падший не пытается соблазнить Ирину? Это что-то новенькое. Я сделал шаг, обогнул его и подошёл к ней. Девушка вздрогнула, а потом прижалась ко мне с таким облегчением, что мне стало не по себе. Велиал тем временем продолжал, добавив в голос вкрадчивые нотки. — У тебя есть то, что потерял здесь мой брат. Тебе эта вещь не пригодится, позволь мне её забрать?

— У меня нет никакой вещи, — пролепетала девушка. — Я вас впервые вижу, и тем более не знаю никакого вашего брата.

— Это брат той погани, которая тебя обманула, воспользовавшись твоим телом, — спокойно пояснил я Ирине, стараясь не смотреть на прищурившегося Велиала.

— Ах, вон оно что, — девушка нахмурилась и выпрямилась, скрестив руки на груди. — Понятно. Значит, он тоже так называемый ангел?

— Да, — просто ответил я, не вдаваясь в подробности. — Тот, когда уходил, обронил здесь нечто очень важное для него. Вернуться он не может и очень бесится из-за пропажи.

— Нет, — твёрдо произнесла девушка. — Я ничего вам не отдам.

— Та-а-а-к, — протянул Падший и посмотрел на меня. — Это ещё что за новости? Ты за каким хреном настроил девочку против нас?

— Потому что вы сволочи, и она должна об этом знать, — я поморщился. — С другой стороны, смотри на это дело позитивно: Ирина — одна из очень немногих жительниц этой земли, которая в вас верит. И неважно даже, как при этом ко всей вашей братии относится. Но, Велиал, согласись, вы сами виноваты.

— Я никогда ничего не имел против людей, — задумчиво проговорил Падший.

— Конечно, не имел, — я усмехнулся, — ты просто всех скопом ненавидишь.

— В чём-то ты прав, признаю, — он задумался. Природа короны была такова, что отдать её Ирина должна была добровольно. Никакого воздействия ни на каком уровне эта дрянь не переносила. И даже то, что Ира её не видела, не играло никакого значения. — А теперь будь хорошим мальчиком и уговори эту прелестную девочку отдать мне корону.

— Нет, я же сказала, что ничего вам не отдам, — Ира старалась говорить твёрдо, но голос её при этом заметно дрожал. Она прекрасно понимала, что если этот странный тип прав, и у неё действительно где-то лежит корона, то от визитёров всех мастей она точно не избавится.

Падший задумчиво провёл пальцем по губам, и тут калитка распахнулась, и во двор ввалился Мазгамон.

— Ну долго вы здесь ещё будете непонятно чем заниматься? Забирайте уже эту дрянь и поехали отсюда, вы что, не видите, как на меня подозрительно те бабки косятся? — зашептал он таким громким шёпотом, что его услышала не только Ирина, но и пресловутые бабки, пытающиеся в окно из соседнего дома рассмотреть, что здесь происходит.

— Идиот, — прошипел я и, приобняв Ирину за плечи, уже хотел было сам попросить у неё отдать мне корону, чтобы потом можно было поторговаться с Падшими, как Мазгамон подскочил к девушке.

— Ну зачем тебе эта вульгарная цацка? Или ты не хочешь, чтобы у роз такой цвет пропадал? Так давай по-быстренькому сделку заключим, мне даже душа твоя не нужна, а только корона этой скотины, и они у тебя даже зимой цвести начнут, — он состроил страдальческую гримасу. — Ну что тебе стоит-то? Я тебе дело предлагаю, ты же добрая, а Мурмур — сволочь! И он меня убить пообещал, представляешь. А за что? Я, что ли, эту дурацкую корону сюда закинул?