Правда, с безгрешностью Мансура можно было поспорить. Дан упомянул, что травника не раз подозревали в укрывательстве колдунов-преступников и торговле дурманом собственного производства. Навиры частенько наведывались к нему домой, но до сих пор не обнаружили ничего подозрительного. Я спросил у Дана о помощнице Мансура, но он лишь пожал плечами, упомянув, что вокруг травника постоянно крутятся попрошайки, которых тот привечает. Поведал Дан и еще один любопытный факт: в свое время ученицей Мансура была и Маура, правда, перестала появляться рядом, как только соблазнила воеводу. Похоже, от него мать Амаль и получила знания, благодаря которым устроила свое будущее. В байку о том, что она зазналась и отвернулась от учителя, я не поверил. Слишком свежи были воспоминания о тепле, с которым Мансур смотрел на свою ученицу.

Даже жил травник на окраине, его дом примостился среди хибар бедняков, возвышаясь над ними черной громадиной. Огрызок убывающей луны едва разгонял кромешную тьму, и для освещения боец по имени Безсон создал три светлячка. Они парили вокруг, воскрешая во мне воспоминания о ночи, полной безнадеги и страха, о многочасовых поисках Амаль, об ее безумном обескровленном лице и отчаянной радости, озарившей потухший взгляд черных глазищ при виде меня. Сейчас же я вновь искал неуловимую Амаль Кахир, на которую вновь покушался собственный брат.

Приблизившись к дому Мансура, мы замерли и переглянулись. Чернота, показавшаяся нам столь внушительной, теперь разила гарью. Дом смотрел на мир провалами выжженных окон. Защищавшие его ворота вырвали с корнем.

– Кто-то позаботился, чтобы Амаль негде было спрятаться, – протянул Дан, пихнув носком сапога обгоревшую балку, некогда бывшую частью ныне обвалившихся стропил.

Я потер лицо и на пару мгновений спрятал его в ладонях. Оборвалась последняя ниточка, ведущая к Амаль, и мы вернулись в начало пути – слепые и бессильные, как новорожденные котята. Сосредоточившись, я заставил светлячки разрастись и осветить просторную территорию, каждая травинка на которой обгорела в пламени.

На осмотр дома и разбор завалов мы потратили полтора часа, заглянули в каждую комнатку и даже сумели пробраться в кухню, где совсем недавно меня напоили отравленным кофе. Благодаря нечеловеческой силе Дан сумел расчистить лаз в подвал. Ни единого следа людей. Похоже, здешние обитатели успели ускользнуть еще до пожара. На всякий случай мы осмотрели и прилегающий участок, на котором теснились останки сараев. Там тоже не обнаружилось ни крови, ни тел. Дом погиб в одиночестве, не захватив с собой ни одного человека.