Ее обучали иметь дело с самыми разными врагами, и поэтому она выполняла для короля грязную работу. Мало кто мог превзойти девушку, но этому мужчине удалось, да еще с легкостью.

Слишком легко.

Боги. Она и правда потеряла сноровку.

– Лгунья, – промурлыкал Ренуэлл.

Скарлетт в ответ показала ему язык. Он рассмеялся.

– От леди ожидают благопристойного поведения, когда речь идет о ее языке.

– Мой язык – не ваша забота.

– А если бы я захотел о нем позаботиться?

Пораженная такой наглостью, Скарлетт не сразу нашлась с ответом, а Кассиус закашлялся в попытке скрыть смех, и тогда она вихрем набросилась на него:

– Что такое?

– Впервые вижу, чтобы кому-то удалось лишить тебя дара речи, Морская Звездочка, – с усмешкой пояснил он.

Отмахнувшись, Скарлетт повернулась к капитану.

– Сразитесь со мной, – потребовала девушка. Его брови от изумления поползли вверх, и капитан перевел взгляд на Кассиуса. – Он не мой опекун, – пояснила она ледяным тоном.

– Значит, ваш язык – его забота?

Скарлетт предвкушала удовольствие, которое она получит от их маленького поединка.

Прочистив горло, Кассиус внес ясность:

– Нет, Ренуэлл, между нами нет ничего такого.

Переведя взгляд на Скарлетт, капитан взмахом подбородка указал на ринг, и Скарлетт последовала туда, а Кассиус отошел в сторону. Она встретилась взглядом с золотыми глазами капитана, наблюдавшего за ней с мечом наготове. Это был прекрасный клинок с серебряной рукоятью и поммелем [2] в форме звезды, инкрустированной маленькими драгоценными камнями, которые ярко сверкали. Сталь клинка была настолько темной, что казалась почти черной. Скарлетт никогда ничего подобного не видела.

– Ваша маневренность впечатляет, – заметил капитан, становясь в позицию.