Смахнув одного со щеки, я увидела приближающуюся машину. Настоящую машину, внутри которой сидел обычный человек.
– Стоп… стоп! Тормози! Пожалуйста, тормози! – крикнула я так громко, как только могла, размахивая обеими руками.
Автомобиль – серебряный «Вольво» – продолжал ехать.
– Нет, нет, пожалуйста, не надо! Пожалуйста, тормози! – завопила я, выскакивая на дорогу.
Вообще-то можно было остановить машину и по-другому, но я была под адреналином, тело сковала боль, а позади на меня надвигалась целая стая пауков. Когда я отчаянно махала руками посреди дороги, это случилось.
Ощущение было такое, будто моя душа ненадолго покинула тело и теперь смотрела сверху на все это зрелище. Я увидела приближающуюся ко мне машину. Слышала визг шин. Но водитель затормозил слишком поздно, и мое мягкое тело ударилось о твердый кузов.
Ребра трещали. Шок вернул меня в собственное тело. Моя душа дернулась назад, и я почувствовала, как сила удара схватила меня и швырнула через машину. Ребро, должно быть, проткнуло легкие, потому что я не могла дышать. Весь мир вращался вокруг меня.
Из-за удара головой стекло разбилось. А я, перевернувшись через крышу, рухнула на раскаленный асфальт.
Я услышала, как кто-то кричал, пока я выплевывала сгустки крови. Мир медленно окрасился в темно-алый. Потом стемнело.
В следующее мгновение не существовало ничего, кроме черноты.
Глава 2
Глава 2
Первым, что я заметила, был неприятный точечный свет. Мои зрачки резко сузились, и острая боль пронзила череп.
– Ай! – вздрогнула я.
– Зрачковые рефлексы в норме, пульс тоже. Можете передохнуть, ребята. Я продолжу, – сказал кто-то сладким голосом.
В глазах стало темно. Моргнув, я уставилась на слегка желтоватый потолок, который выглядел так, будто кто-то раскрасил мой мир цветами сепии. У меня пересохло во рту.
– О, ты проснулась. Можешь сказать, как тебя зовут?
Подошла фигура и склонилась надо мной. Медсестра. На ней был несколько старомодный розовый халат, а прическа будто прямиком из семидесятых. Яркий свет мерцал. Один раз, два раза.
– Девочка, ты меня слышишь? – повторила она, широко улыбаясь.
Ее голос казался мне искаженным, словно она говорила чуть медленнее. Чем-то она напоминала мне Барби. Ее белоснежная улыбка выглядела еще ярче на фоне бледного лица.
Я заставила себя вымолвить хоть слово.
– Элис… Я Элис Солт.
– Ты знаешь, что с тобой случилось, Элис?
– Меня сбила машина?
– Очень хорошо, – защебетала она, словно я только что ответила на выигрышный вопрос в какой-нибудь телевизионной игре, и похлопала меня по щеке. Ее пальцы были неприятно холодными.
– Где… где я? – спросила я и огляделась с колотящимся сердцем. Свет, должно быть, был неисправен, потому что продолжал мерцать. На самом деле я не страдала клаустрофобией, но грязные бело-зеленые стены в палате, казалось, сужались, оказываясь все ближе и ближе ко мне. Я тяжело дышала.
– Ты в больнице Фокскрофта, – любезно подсказала мне медсестра. – Ты здесь в надежных руках. Врачи неотложки передали тебя нам. Скоро придет доктор и осмотрит тебя, хорошо?
– Нет… – начала было я, но она уже катила меня через дверь на кровати, на которую меня, должно быть, положили санитары. Шаги медсестры эхом разносились по полу.
Мышцы шеи напряглись, когда я попыталась сесть.
– Ну, ну, тебе лучше прилечь, дорогуша. – Она толкнула меня обратно на кровать с удивительной силой.
– Нет, пожалуйста, выпустите меня. Мне уже лучше, – пробормотала я, снова пытаясь сесть.
Но либо мои травмы были серьезнее, чем я полагала, либо мне ввели какое-то лекарство, поскольку в ту же секунду, как я подняла голову, тело пронзила жуткая боль.
Я подавилась. Медсестра посмотрела на меня своей жуткой улыбкой Барби.
– Ну-ну… Нечего бояться, дитя, – пыталась она меня успокоить, в то время как мои пальцы в панике царапали койку.
– Отпустите меня! – настаивала я.
Мои ногти болезненно горели.
– Врач просто осмотрит твои травмы, и ты не заметишь, как уже окажешься дома.
То, как она сказала
Стерильный запах дезинфицирующего средства тяжело висел в воздухе. Доктор средних лет сидел на стуле, листая папку, а затем, улыбаясь, поднял глаза. Его седые волосы были аккуратно зачесаны назад, а глаза сверкали голубизной.
– Добрый день, кто у нас здесь? – спросил он удивительно приятным баритоном.
– Одна нервная пациентка, доктор Найт, – сказала медсестра.
Доктор Найт улыбнулся, и вокруг его глаз образовались глубокие морщинки.
– Наверное, у нее был тяжелый день, – заявил он, когда медсестра поставила меня перед ним.
Я сглотнула, подавляя желание оглянуться. Не нужно паниковать. Я в больнице. Здесь обо мне позаботятся хорошие люди. Но мое сердцебиение не успокаивалось, и звон в ушах продолжался.
– Так и есть, – тихо подтвердила я, потому что доктор Найт смотрел на меня так, словно ждал ответа.
Он сделал шаг ко мне, и каждый мускул моего тела дернулся. Я так быстро отшатнулась от него, что чуть не упала с койки.
Доктор удивленно поднял руки.
– Я просто хочу помочь тебе встать.
Его голос был теплым и мягким, точно масло. Мой пульс продолжал стремительно биться. Я уставилась на кровать, потом на доктора и медсестру, которая теребила одну из аптечек.
– Я хочу сама попробовать, – сообщила я ему.
Доктор Найт кивнул.
– Тогда садись, только медленно.
Но с первой попытки мои мышцы расслабились, и я в холодном поту просто откинулась на спину. В ушах гудело. Я моргнула, глядя в потолок, который все время казался слегка размытым.
Доктор Найт начал меня осматривать.
– Тут больно?
– Немного.
Его руки были немного прохладными.
– А здесь?
Я покачала головой.
– Хм… – пробубнил доктор.
– «Хм» – это хорошо или плохо? – неуверенно спросила я.
– Хм… – послышалось снова. – Несмотря на то что ты выглядишь очень побитой, большинство травм кажутся поверхностными. Тебя тошнило?
Я кивнула.
– Не исключено сотрясение мозга. Помимо того, есть синяки и ссадины. Откуда у тебя все эти травмы, Элис? – спросил он, всматриваясь в мои глаза. Хотя его голос звучал дружелюбно, а глаза смотрели на меня добродушно, по моей спине побежал пот.
Больница Фокскрофта находилась всего в двух километрах от леса. Слишком близко к игровому полю, здесь я практически как на ладони у Проклятия. Мне нужно уйти. И побыстрее.
– Меня сбила машина во время прогулки, – уклончиво ответила я и увидела, как уголки рта доктора опустились.
– Тебя сбили во время прогулки? В школьной форме и без обуви? – недоверчиво спросил он.
– Очевидно, я не умею ходить в походы, – сухо ответила я.
Мы уставились друг на друга. Наконец, доктор Найт вздохнул, отвернулся и что-то записал в своем блокноте.
– Мы сделаем тебе рентген, Элис. Я хотел бы оставить тебя здесь на пару ночей для наблюдения.
– Нет, спасибо… Я… эм… – Я лихорадочно пыталась найти оправдание. – У меня нет медицинской страховки, – сказала я, затаив дыхание.
Но доктор Найт только кивнул.
– Не волнуйся, Фокскрофт – небольшой город, здесь мы помогаем друг другу. Твое здоровье превыше всего.
Меня разморило. Будто я спала. Будто меня не было здесь. Ощущение дискомфорта в животе становилось все сильнее и сильнее, и я незаметно ущипнула себя. Боль пронзила мою руку, она покраснела, но я не проснулась.
Легкая головная боль пульсировала в затылке. Что-то здесь не так. После ухода доктора я в отчаянии закрыла глаза. Как мой побег мог начаться так ужасно? Сейчас нужно более тщательно продумать свои следующие действия. Как мне скрыться, чтобы… Укол в руку заставил меня вздрогнуть. Я даже почувствовала, как по моим венам потекло холодное, точно лед, лекарство. Шокированная, я открыла глаза и уставилась на медсестру, которая смотрела на меня с блаженной улыбкой.
– Извини, больно? – спросила она, вытаскивая шприц из моей руки.
Холод разъедал мое тело с такой силой, что было даже больно сгибать пальцы.
– Что… что вы мне вкололи? – прохрипела я.
Медсестра склонила голову. Движение выглядело немного неуклюжим.
– Просто легкое успокоительное, чтобы ты никуда не сбежала. Мы ведь не хотим этого, не так ли? Нет, мы этого не хотим. Мы же беспокоимся о тебе.
– Вы не можете вводить мне подобное лекарство против моей воли, – сказала я и снова посмотрела на нее.
У нее был странный взгляд – абсолютное отсутствие…
От страха волосы на затылке у меня встали дыбом. Внутренне я чувствовала, что здесь что-то не так, и запаниковала.
– Я хочу уйти, – просипела я, но в то же время поняла, что не могу пошевелить пальцами.
Мое сердце колотилось. Ощущался звон в ушах.
Сестра с жалостью посмотрела на меня и, подняв руку и убрав прядь волос с моего лба, твердо сказала:
– Ты остаешься, Элис!