– Придется усилить охрану по периметру, – голос стража звучал грубо и обеспокоенно. Я не знала его имени, как и имен большинства местных жителей, – выставить дозорных. Нежить в этом году совсем с ума сошла.

– И откуда ее столько взялось? Мы только недавно гарпий прогнали с их хворью, а теперь мертвечина очнулась.

Я старалась сбавить шаг, чтобы узнать как можно больше из разговора, но при этом не привлекать внимания. С последним ничего не получалось – куда бы я ни вышла, все тут же осматривали меня с ног до головы и замолкали, хотя могли бы уже привыкнуть.

Отдав в лавке за овощи два серебренника, я невольно замерла на главной дороге, устремив взор в сторону, противоположную лесу.

Внезапный порыв ветра толкнул в спину. Он нес с собой опавшие листья и сухие ветки, а также запахи деревни и шум деревьев, смешанный с волчьим воем.

Широкая дорога вела к невероятно огромному, шумному городу – оплоту магии и волшебства, сердцу этого мира.

Мирград…

Я довольно часто замирала на месте, глядя на то, как развеваются вдалеке огромные знамена, как стаи птиц проносятся над острыми шпилями башен, а по ночам в небе взрываются яркие разноцветные огни, чем-то похожие на фейерверки.

Небесные огни были разных оттенков, но больше походили на огромные дымящиеся сферы, и этот дым медленно опускался на город.

Иногда там что-то взрывалось, и эти звуки долетали до нас как гром среди ясного неба, изредка доносился звон колоколов. Из города частенько приходили торговцы какими-то магическими штучками, от одного вида которых меня начинало трясти: хотелось все потрогать, посмотреть, испытать на ком-нибудь, но я себя останавливала.

В те моменты, когда я замирала посреди дороги с огромной плетеной корзиной, наполненной продуктами, из тени часто выходил волк.

Черный, глаза желтые… Я не всегда обращала на него внимание, но потом поняла, что он следит, изучает меня, как и многие в этой деревне. В такие моменты мне было не по себе, я отводила взгляд и тут же бежала домой, запирая за собой дверь на засов.

Знать бы, кто меня спас тогда в лесу. Что за Кочевник? И почему защитил, если видел, с какой стороны я пришла? И что он вообще там делал в самый пик ледяной чумы?

Спустя несколько месяцев, когда жаркое лето сменилось не менее теплой осенью, когда листва окрасилась в яркий алый цвет со всеми его оттенками, меня впервые взяли на волчью охоту.

– Ты сражаться умеешь? – Риска смотрела с вызовом, но по-доброму. – Если нет, то учись, пригодится!

И, бросив мне лук и колчан со стрелами, стала менять ипостась. Никогда не перестану бояться этого. И не привыкну к наготе. Зато теперь понятно, почему все носят такую простую одежду: легко снимается. Неужели не больно? Вот так менять свой скелет и обрастать шерстью за какие-то мгновения?