– Думаешь, они меня спросили?
Я откинула голову назад, недовольная тем, что меня отчитали. Как только закрыла глаза, образ отца пронесся в голове. Его глаза смотрели на меня, словно ослепленные, его уши были глухи к моим мольбам, а сознание не принадлежало ему. Он смотрел, но ничего не видел. Как будто вообще не узнавал меня. От этой мысли пробрала дрожь до мозга костей. Я стиснула зубы, когда гондола качнулась над морем, и что-то в моей душе забушевало. Вода звала меня, протягивая руки, чтобы снова утопить.
– Я хочу выбраться отсюда, – услышала я голос Сылы, но не стала открывать глаз и смотреть на нее.
Барьер был открыт всего на двадцать четыре часа, и, насколько мне известно, мы все еще находились на человеческой стороне. Не знаю как, но я собиралась найти Айзер и способ сбежать. Конечно, сначала мне придется убедить ее сбежать со мной. В отличие от меня Айзер всегда была одной из поклонниц эльфинов. Когда мой дед рассказывал истории о них, я закрывала уши, а Айзер завороженно слушала. Осиротев и оставшись без семьи в этом мире, она грезила об этом, поэтому я долгие годы ничего не говорила о ее увлечении. Но между мечтой о сказке и участием в этой бессмыслице была большая разница.
В течение нескольких часов мы продолжали плыть в темноте посреди моря. Сыла обессилела от рыданий и уснула. Мы проходили под мостами, заходили в бухты, с трудом пробирались между скалами. Каждая секунда была для меня мучительной. Я не могла встать, не могла пошевелиться. Когда мы, наконец, остановились, мне пришлось несколько раз потрясти соседку за плечо, чтобы разбудить ее. Нам всем сказали выстроиться в один ряд.
Воздух был необычайно прохладным, поэтому я обхватила себя руками за плечи, чтобы защититься от ветра. Передо мной раскинулось море с огромными волнами, разбивающимися о скалы. Я не любила воду, я ненавидела воду, я
В той стороне, куда они повели нас, высился громадный каменный замок. Нас всех пропускали по очереди. Мы прошли через большие железные ворота и наконец-то выбрались из темноты. Сыла не отходила от меня, как будто я могла ее защитить. Ожидавшие у входа мужчины и женщины изучили наши лица и направили нас в коридоры. Метка Сылы тоже проявилась не полностью, поэтому мы держались рядом, но в секретные комнаты зашли порознь.
Охранники сказали мне просто войти внутрь, но в комнате, в которой я оказалось, никого не было. Я повернула ручку, чтобы спросить, что происходит, но это ничего не дало, – дверь была заперта на ключ. Паника нарастала с каждым проходящим мгновением. Я пыталась успокоиться; я не была одной из тех девушек, что легко поддаются панике, но в сознании случился какой-то разлом, сердцебиение не приходило в норму с тех пор, как вор, укравший мое ожерелье в университете, коснулся моего лица.