Решительно отбросив все сомнения, я посмотрела в сторону Шона и Пейтона.

Водительская дверь открылась, и я не могла отвести взгляд. Как мог этот шотландец так глубоко залезть мне под кожу? Я не видела его всего несколько дней, и при одном взгляде на него мое сердце забилось где-то в горле. И я готова поклясться, что помимо удивления от моего появления на его лице коротко промелькнула радость.

Но когда он подошел ко мне, от радости не осталось и следа. Наоборот, он выглядел взбешенным.

Но ведь это у меня были все основания злиться!

Прежде чем он мог нависнуть надо мной и запугать меня своими размерами, я скрестила руки на груди и вызывающе посмотрела на него.

Тем временем из машины вышел Шон и выжидательно прислонился к пассажирской двери.

– Daingead, Сэм? Что ты здесь делаешь? – спросил Пейтон, слегка оттолкнув меня локтем от машины. Бросив на брата быстрый взгляд через плечо, он отступил на шаг назад.

Больше всего мне хотелось обхватить его руками, но он держался так отстраненно, что я пожалела, что вообще села в тот самолет.

– Что я здесь делаю? А как это, по-твоему, выглядит? Ты сбежал, не сказав мне ни слова! – воскликнула я. Все мои переживания о том, хочет ли он вообще меня видеть, любит ли он меня и мое беспокойство о его здоровье вырвались, и я занесла руку, чтобы ударить его.

Но, прежде чем кулаки достигли цели, он перехватил их. Я вырвалась и гневно сверкнула глазами. Не так я представляла себе нашу встречу.

– Я написал тебе письмо, – бесстрастно сказал Пейтон, по-прежнему не глядя мне в глаза.

– Ах да, письмо! Как я могла забыть эти поэтичные три строчки? – спросила я голосом, насквозь пропитанным иронией, изо всех сил сверля его взглядом. Ледяная отстраненность юноши поразила меня гораздо больше, чем мне хотелось себе признать, и я пыталась заглушить эту боль злостью.

– Сэм, послушай, на самом деле было бы гораздо лучше, если бы ты поехала домой. То, что было между нами… все кончено.

Нет, я не хотела этого слышать. Я покачала головой, пытаясь осознать услышанное. Слезы горячими ручейками побежали по моему лицу, а голос задрожал.

– Нет, – сказала я, пытаясь успокоиться. – Ты рисковал своей чертовой жизнью, чтобы защитить меня! Думаешь, я настолько глупа, что поверю, что все это просто так? Это не про тебя, и ты это знаешь!

Я вытащила из кармана скомканное прощальное письмо и бросила листок ему под ноги. Ошеломленное молчание было его единственной реакцией. Как он мог оставаться таким спокойным?

– Пейтон! – закричала я на него в отчаянии. – Черт бы тебя побрал, тупой шотландец! Все не может закончиться так!

Я не знала, что еще сделать. Медленно я подняла голову, вытерла слезы и посмотрела ему в лицо:

– Ты говорил, что любишь меня.

– Сэм, пожалуйста… – прошептал он.

– Пейтон, мы же любим друг друга… вот почему я здесь. Ты хочешь, чтобы я ушла? Ты не любишь меня? Тогда убеди меня в этом. Посмотри мне в глаза и скажи это! – Я шагнула к нему и взяла его за руку: – Скажи это, Пейтон. Просто скажи. Тогда, клянусь, ты больше никогда меня не увидишь.

Затаив дыхание, я ждала ответа.

– Я не могу, Сэм. – Он пытался освободить свою руку. – Ты не понимаешь, что…

– Ты прав! Я не понимаю! Так объясни мне! – Мой желудок мучительно сжался, поведение Пейтона причиняло мне физическую боль.

Юноша наконец поднял голову, которая до этого была опущена:

– Дело не в тебе, – пробормотал он, покачав головой.

– О, правда? Это самая жалкая фраза для расставания в мире! – прошипела я и сжала кулаки. – Разве после всего, что было, я не заслуживаю чего-то большего, чем это?

Пейтон рассеянно провел руками по волосам.

– Господи, Сэм! – простонал он. – Конечно, ты заслуживаешь большего, но…

– Так что же тогда случилось? – крикнула я и шагнула к нему. Я не могла выносить его противоречивость. Она была сильнее моего гнева и внушала мне адский страх. – Говори со мной! – Я снова ударила его, на этот раз кулаки достигли цели.

– Сэм… – тяжело вздохнул он и схватил мои кулаки. – Сэм, я… Ifrinn! – Он коротко взглянул через плечо на Шона, а затем посмотрел на меня и резко притянул меня к себе, заключив в объятия. – Прости, Сэм! Я идиот! – Мне казалось, что он сломает мне ребра, так сильно он прижал меня к себе.

Облегчение пронзило все мое тело, и, казалось, Пейтон испытывал то же самое. Он сжимал меня и бормотал ласковые гэльские слова, пока я пыталась разобраться в своих чувствах. Боль засела слишком глубоко, и даже Пейтон, по-видимому, не знал, как нам себя теперь вести. Он крепко держал меня, но на поцелуй мы не могли решиться. Я была настолько поглощена нами, что не заметила Шона, который с ругательствами оторвал нас друг от друга.

– Пейтон! Bas mallaichte! Что это значит? Я думал, мы все обговорили! – прошипел он брату.

– Я не могу, Шон! Я не могу и не хочу врать ей. Мне нужна Сэм, и я не собираюсь снова совершить ошибку, отпустив ее. Последние дни были адом для меня! Теперь, когда она здесь, мне лучше, понимаешь? Если я и смогу выдержать все это, то только с ней!

Я ничего не понимала. Конечно, было здорово услышать, что я проделала весь этот путь не зря, однако все остальное по-прежнему не имело для меня никакого смысла. Молчание между братьями стало напряженным, и, наконец, Шон уступил, пожав плечами.

– Это твоя проклятая жизнь, а не моя. Делай что хочешь. – С этими словами он оставил Пейтона, а сам, как само собой разумеющееся, взял мой чемодан, как будто только что не убеждал Пейтона отправить меня обратно. – Сэм, рад тебя видеть. Наверное, нам стоит обсудить все это внутри.

Не обращая больше на нас внимания, он исчез вместе с моим чемоданом в замке, и я приняла это как приглашение остаться.

Рядом со мной Пейтон фыркнул:

– … проклятая жизнь…

– Что ты сказал? – переспросила я его, потому что он сказал это очень тихо.

– Ничего… Я скучал по тебе. Я вовсе не хотел причинять тебе боль.

Пейтон снова заключил меня в свои объятия, и я нерешительно прижалась к нему. Я не забыла того, что произошло. Мне нужны ответы, но в это мгновение было достаточно простой близости. Все остальное потом.

Пейтон опустил голову на мою макушку, и я почувствовала своей щекой биение его сердца.

– Ты скажешь мне, что происходит? Почему ты просто так сбежал?

Я чувствовала, что между нами еще много недосказанности. Я глубоко вздохнула, наслаждаясь его руками, которые гладили меня по спине.

– Пойдем, я расскажу тебе все. Но предупреждаю, это не очень приятная история.

Глава 6

Глава 6

Я была измучена, выдался очень трудный день. Долгий перелет, переживания и сомнения о том, что меня ждет. И потом целый ворох эмоций. Мы негласно сошлись на том, что не будем встречаться до тех пор, пока не обсудим, что привело к тому, что мы оба оказались на другом континенте. Поэтому я приняла горячий душ, надела пижаму и завернулась в толстое пушистое одеяло.

Огромный зал, в котором раньше обитатели замка ели, а некоторые даже и спали, едва ли можно было назвать теплым, но у огня было довольно приятно. Стена и балки над камином совсем почернели от сажи и копоти. Поленья в камине потрескивали, и то и дело шипящие искры вспыхивали, когда воспламенялась смоляная капля.

Насколько неприступным выглядел замок снаружи, настолько же холодным и скупым он оказался внутри. Братья не прикладывали особых усилий к обстановке замка. Почти триста лет, которые они провели здесь, проклятые не испытывать никаких чувств, по-видимому, заставили их не замечать скудность обстановки.

Впрочем, кожаные кресла, в которых мы сидели перед огнем, оказались довольно уютными. Шон приготовил для нас одно из традиционных шотландских блюд, и это было довольно вкусно, несмотря на то, что основными ингредиентами были простой фарш и картофель.

Тем не менее я не чувствовала себя комфортно, потому что видела, как постепенно Пейтоном завладевает беспокойство. Я знала, что сейчас произойдет. Он хотел покончить со всем этим и, наконец, поделиться со мной своим секретом.

Конечно, я хотела знать, что происходит, но в глубине души я чувствовала безумный страх. Это было очень важно, потому что Пейтон не оставил бы меня без веской причины.

Я потерла руки, покрывшиеся мурашками. Беда буквально повисла в воздухе.

Недоверчиво, но безмолвно я слушала рассказ Пейтона. Он сидел напротив меня, держал мою руку и снова и снова проводил большим пальцем по тыльной стороне моей ладони. Кого должен был успокаивать этот ласковый жест – его или меня, я не знаю, но на меня он не оказал такого эффекта.

Весь разговор казался мне сном. Одним из тех снов, в которых сразу осознаешь, что все это не на самом деле, но все равно не можешь вернуться в реальность. Одним из тех снов, которые на следующее утро отчетливо остаются в памяти и не угасают даже в солнечных лучах. Мне хотелось только одного – проснуться. Оставить позади этот кошмар. Открыть глаза и обнаружить, что я в своей постели в Милфорде, Пейтон спокойно дышит рядом со мной и все в порядке.

Но когда Пейтон закончил и грустно посмотрел на меня, ожидая моей реакции, я все еще не проснулась.

– Я-я-я… – лепетала я, пытаясь подобрать слова. Что сказать человеку, которого любишь, когда он говорит, что умрет?

– Я… Пейтон, я правильно все понимаю? Ты умрешь? Как… и когда? – Растерянная, я смотрела в напряженные лица перед собой.