Если об этом узнают, для детей графини это будет смертный приговор. Никто из младших членов рода не упустит возможности сменить правящую ветку, а учитывая, как граф умер, все выходит довольно весело.

Арбенский был довольно агрессивным человеком. Он часто поднимал руку на графиню и её детей. Это я знал из докладов. А ещё знал о том, что Регина может рано или поздно не сдержаться. Сегодня граф перегнул палку.

Регина переживала за безопасность детей, и сегодня они могли по-настоящему пострадать. В ее докладах они всегда были добрыми, чистыми сердцем, жизнь еще не успела их испортить, поэтому она поступила, как считала нужным. И я полностью поддерживаю ее решение.

Да, я учил своих служанок, что они должны слушать приказы. Но также я всегда им говорил, что они не должны забывать о том, что следует действовать по ситуации. Я не всегда могу быть с ними рядом. Поэтому имеем, что имеем.

С Арбенскими всё выходит достаточно непросто. Графский род находится в состоянии войны с родом Юрмановых.

У них уже несколько раз начинались войны и всегда гасились в самом начале. При том, что главы рода никогда сами этого не начинали. Между родами имелись общие споры, но при этом их главы были друзьями еще с университета. Только эти два человека сдерживали это противостояние.

Как только враги узнают о смерти Арбенского, всему придет конец. Роман Юрманов сразу прекратят сдерживать своих родственников, и они нападут на графиню и ее детей. Они просто хотят земель этого рода, поэтому будет кровопролитие. А Юрмановы ряно поддерживают Вороновых

— Все понимаю, — отвечаю графине.

— Я готова на все, главное, защитить детей, — говорит она.

— Они будут в безопасности, это я гарантирую.

— А что вы хотите взамен? — вздыхает она.

— Взамен мне нужна полная поддержка от тебя и твоего рода.

— С родом будет тяжело, — она опускает взгляд, но не отказывается. — А я полностью поддерживаю вас после того, как Регина нам помогла.

Графиня прислонила руку к щеке, на которой был нанесен слой тонального крема. Качественного, поэтому он хорошо скрывал то, что находилось под ним.

— Тогда начнем представление, — говорю я и оборачиваюсь к Алине, которая все время сопровождала меня. — Вызывай Арлекина. И принеси мне книгу.

— Конечно, я мигом, — вздыхает она.

И почему сегодня все женщины передо мной вздыхают? Ну, что с них взять?..

Алина вернулась через пять минут с Кодексом Первого Императора в руках.

Увидев его, Арбенская открыла рот и выпучила глаза. Каждый аристократ знал, как выглядел Кодекс.

— Она! Она… она же… она же не может!

Графиня даже заикаться начала от шока.

— Не переживай, это я ее попросил, — улыбаюсь я и забираю книгу.

Положив ее на стол, я говорю:

— А теперь пришло время принести мне клятву верности.

Арбенская вся дрожит. Она понимает, что стоит коснуться и она умрет… Она не верит, что все будет хорошо, что бы я не говорил, но ради детей и не на такое готова.

— Я готова. Что… что мне делать? — дрожащим голосом спрашивает она.

— Просто приложи к нему руку.

У графини чуть глазные яблоки не выпали из орбит. Подтвердились ее самые страшные опасения.

— Выбора у меня все равно нет, — говорит она и смотрит на меня.

Я молчу, и последняя надежда на спасение умирает.

Она садится за стол перед Кодексом Первого Императора и медленно, осторожно… прикладывает к нему руку. Закрывает глаза и произносит:

— Я, Арбенская Виктория Игорьевна клянусь служить верой и правдой Романову Дмитрию Алексеевичу.

Кодекс засиял белым светом… и сразу потух.

Сказав это, она резко распахивает глаза.

— Я жива! — в шоке осознает она.

— Жива, — слегка улыбаюсь я. — А еще, теперь ты целая.

Достаю из кармана небольшой платок и подхожу к графине. Стираю с ее щеки слой тонального крема, а Алина подносит зеркало.

Её муж был известен тем, что любил наносить другим порезы — от легких до глубоких… За это он стал нежеланным гостем в домах терпимости.

Арбенская смотрит в зеркало, словно не веря своим глазам.

— Можешь проверить все тело, там нет ни одного пореза. Ты была честна и откровенна с Кодексом. И он принял твои слова. Но если надумаешь предать, сама узнаешь, что будет.

Графиня судорожно закивала.

— Где Арлекин? — спрашиваю у Алины.

Она только открыла рот, чтобы ответить, как в дверь кабинета постучали.

Заходит старик в галантном костюме.

— Добрый день, господа, — вежливо говорит он.

— Отец! — вскакивает графиня и хватается за сердце. — Но как? Ты же… Ты же у…

Глаза графини закатываются, и она падает в обморок. Но Алина вовремя успевает ее подхватить.

— Арлекин! Ты с ума сошел? — я повысил голос.

Тот начинает меняться, кожа ходит буграми.

— Прошу меня простить, господин, не удержался, — отвечает Арлекин.

Вместо старика появляется молодой человек на вид не старше двадцати пяти, по таким говорят, что очень располагающая внешность. Но этот человек был отнюдь не добрым.

— Арлекин к вашим услугам, господин. И простите мою маленькую шалость, — склоняет голову он.

— Не простим! — фыркнула на него Алина.

— Алина, помоги графине, теперь ей плохо, — прошу я девушку. — А для тебя, вот, — киваю я на труп.

Служанка осторожно уложила графиню на диван и принялась измерять пульс.

— Все нормально, скоро придет в себя! — сообщила она.

Я кивнул.

А Арлекин подошел к трупу.

— Эх, не люблю я срисовывать с мертвецов.

Я строго посмотрел на Арлекина.

— Ну господин, это реально плохая примета, вон, он еще даже не остыл.

Пока Арлекин занимался своей кропотливой работой, я подошёл к окну. Уже вечерело.

Я прекрасно понимал, что сегодня столицу ждёт война двух могущественных родов. А раз так, то в этом будет выгода и для меня. Но в первую очередь эта выгода будет для самой Российской империи. Часто бывает так, что некоторые рода вовсе не нужны этой самой империи. Вот с одним из таких сегодня я и собираюсь разобраться.

Глава 13

Глава 13

Виолетта сидела в своём офисе, расположенном на самом высоком этаже небоскреба, который являлся центром ее преступной организации, и в который входили крупные онлайн-казино империи.

В панорамные окна проникал яркий свет полуденного солнца. Лучи растекались по столу, стоящему возле окна. Один из них попал на бюст Первого императора высотой всего в двадцать сантиметров — все приходящие сюда удивлялись, зачем Виолетта его хранит, а она лишь улыбалась и молчала.

Хорошо, что в помещении был кондиционер, иначе бы здесь было очень жарко, несмотря на наступающую осень — все-таки здесь солнечная сторона. Погода сегодня была хорошая, самое то, чтобы выйти на прогулку, что Виолетта и планировала.

Здесь играла утонченная музыка, а взгляд Виолетты падал на фонтан, стоящий посреди большого помещения. Обстановка вокруг была умиротворяющей… успокаивающей, что так важно в работе Виолетты. Хотя это ни разу не спасало ее от того, чтобы кого-нибудь убить. Правда, всегда за дело, просто так она никого не трогала.

— Всё готово? — спросила она у своего помощника и телохранителя в одном лице.

— Да, моя госпожа, — покорно ответил он. — Люди ждут вашей команды.

— Хорошо. Я иду с вами.

Бровь мужчины поднялась вверх, он не ожидал такого решения. Чаще всего Виолетта давала задания своим людям. Она полностью доверяла им, чтобы следить за выполнением из офиса, не рискуя при этом своей жизнью. А за тем, чтобы Виолетта оставалась жива, телохранитель следил пуще, чем за своей собственной жизнью.

— Но госпожа… там будет опасно. Я, как ваш телохранитель, должен заботиться о вашей безопасности.

— Хорошо. Спрошу по-другому. Ты сможешь меня остановить? — легко спросила она.

Он вздохнул и ответил:

— Я могу постараться, но не уверен, что получится. Мне до вас далеко.

— Тут ты прав. Меня лично тренировал господин.

— А с ним бы я и пробовать не стал, — поднял вторую бровь телохранитель.

Он был малоэмоциональным человеком, и уже такая реакция говорила о многом.

— Дорожишь своей жизнью? — поинтересовалась Виолетта.

— Конечно. Поэтому, пожалуй, не стану пытаться останавливать вас, учитывая, кто ваш наставник.

Хотя… эти две недели сложно назвать настоящей тренировкой. Он научил ее некоторым техникам, но не это главное. Он усилил ее дар, причем не один раз.

И… Это было превосходно! Это то, что она не забудет никогда. Это то, после чего и ради чего она никогда не осмелится предать его, поскольку теперь понимает, какой мощью обладает господин. А он ведь всегда приходит к ней не с пустыми руками.

Причем именно сила отложилась в ее подсознании куда больше, чем спасение, за что она была безмерно благодарна… Вернее, у Виолетты было много поводов для благодарности господину, но именно возможножность становиться с каждым разом сильнее почему-то сыграла решающую роль. А почему это для нее так важно, она и сама толком не могла объяснить.

Она замолчала, будто мысленно вернулась в прошлое. Виолетта до сих пор с трепетом вспоминает те времена. Хотя ее мало что может растрогать. Но то, что сделал господин… нет, этого она никогда не забудет.

— Я иду со всеми. Это не обсуждается, — строго сказала Виолетта своему телохранителю. — Мой господин лично отдал приказ. Я прослежу, чтобы всё было исполнено идеально.

— Как скажете, госпожа, — кивнул он.

Он следовал за ней, точно верный пёс: сначала до лифта, потом до скрытой подземной парковки небоскреба.

Оттуда вскоре выехали тридцать машин, в каждой из которых находились вооруженные люди. Все они работали на Виолетту и беспрекословно подчинялись ее приказам.