Я собиралась покачать головой, а затем замерла, поняв, что да, могу. Господи, да что же происходит?!

— Вижу, что можешь. — Илар сжал мое плечо. — Давай. Переноси нас обоих. Давай же, Этен знает, что ему временно придется взять на себя обязанности короля, хоть и не в восторге от этого.

— Это будет весело, — пробормотала я.

Приготовления к свадьбе Этена и Прэнни шли вовсю, праздник планировали играть на исходе первого месяца зимы. Этен, хоть и был официально представлен как наследник, не изменил своему стилю поведения, оставаясь на людях глупым и сумасбродным, во всем подчиняющимся невесте (Прэнни отыгрывала роль умной "жены" при глупом "муже" с большим удовольствием).

Однажды, когда нам удалось поговорить наедине, я спросила, не устал ли Этен от маскарада. Подумав, он ответил:

— У меня есть Прэнни. А еще Кроу, ты, Илар и Брешка. Вы моя семья и видите во мне больше, чем шута, больше, чем мальчика с улицы и больше, чем наследника престола. Этого мне достаточно. Остальным много знать не надо. В конце концов, — он отвесил мне поклон, — кто-то должен быть всерьез озабочен цветом салфеток на королевском столе, а заодно и безопасностью замка.

Анри, впрочем, продолжал брезгливо поджимать губы при виде будущего зятя и демонстративно щурится при виде его яркой одежды. В семье не без Анри, что тут поделаешь.

Поняв, что тянуть с решением больше нельзя и Илар ждет того, что я перенесу нас обоих в мой мир, я спросила в последний раз:

— Илар... Ты уверен?

— Конечно, я уверен! Неужели ты думаешь, что я отпущу тебя сейчас, когда у меня на самом деле появился выбор? Давай же!

— Мой мир... — я замялась. — Достаточно странный. Ничему не удивляйся, ладно? — я скептически окинула взглядом Илара. — Корону, камзол и меч оставь здесь.

Сама я была одета в брючный костюм, который успел уже стать привычным.

— Это еще почему? — недовольно скрестил руки Илар.

— Увидишь, — вздохнула я. Это будет нелегко. — Ничему не удивляйся!

— Я будто голый, — проворчал Илар, выполнив мою просьбу. — Может, еще и сапоги снять?

— Хорошо бы. Но кроссовки мы для тебя здесь вряд ли найдем.

— Это какая-то болезнь? — поднял бровь Илар. — Звучит как название болезни.

— Возьми меня за руки.

Я закрыла глаза, позволяя магии, которую привыкла держать в узде, вырваться наружу стремительным потоком. Только сейчас я поняла, как сдерживалась до этого. Мир закрутился вокруг, подчиняясь моей воле, сворачиваясь и вращаясь, как торнадо.

А затем вдруг в уши ударил звук гудка, в нос — запахи ливня, асфальта, бензина и города.

Глава 55

Глава 55

— Маша, осторожно! — Сильные руки перехватили меня поперек талии, подняли над землей, а затем рванули куда-то.

Фура, визжа шинами, пролетела прочь по дороге, а я наконец открыла глаза. Мы с Иларом стояли посреди тротуара под дождем.

— Сюда, — сориентировался Илар и утащил меня под козырек входа в какой-то магазин. Убедившись, что на меня больше не попадает вода, он огляделся и непонимающе нахмурился.

Я попыталась посмотреть на привычный мне мир его глазами. Рычащий серым потоком машин проспект, толпа людей, какую редко встретишь даже на рынке в Монтевире, огромные многоэтажные муравейники и офисное здание из стекла и бетона.

Илар положил руку на пояс, где обычно у него висит меч, но я коснулась его плеча.

— Нет, все хорошо. Нам ничего не угрожает. Это машины... самоходные кареты, скажем так. Только очень быстрые. А это...

— Маша!

Я обернулась на голос, и застонала. Лешка, собственной персоной. Какого-то грифоньего когтя стоит у входа в офис и смотрит на то место, где меня только что чуть не сбила фура. А следом за ним выбегает — та самая фифа-Юля, поскальзывается на высоких каблуках. Отстает. И зачем вообще бежит? Дождь ведь на улице.

Лешка завертел головой и вдруг увидел меня.

— Машка! — радостно завопил он и рванул к нам.

Ох, грифон и Октоп вместе взятые! Да что ж ему понадобилось?! Я закрыла лицо рукой. Как же стыдно. И вот по нему я сходила с ума? Не спала ночами? Из-за него обиделась на весь мужской род? Нет, Лешка, кончено был хорош: высокий, плечистый, в костюме с белой рубашкой.

Но… разве это тот, кто мне нужен, тот, кого я могу полюбить и с кем захочу быть рядом до конца наших дней? Его и Илара можно было бы сравнить только так, как сравнивают ребенка в карнавальном костюме и настоящего супергероя.

Вот только… он идет сюда! Зачем?

— Илар, извини меня, — пробормотала я, краснея.

— За что?

— Видишь того парня? Я тебе не говорила, но мы с ним встречались. Расстались как раз перед тем, как я попала в Аренцию.

Илар нахмурился и посмотрел на Лешу.

— Вот с этим?!

— А что не так?

Поморщившись, Илар заговорил, и по тону было слышно, что он пытается выразиться как можно мягче:

— Ну он же... он хоть меч в руках умеет держать?

— Нет, — фыркнула я. — Зато он меня бросил.

— Вот этот?!

— Маша! — Лешка наконец приблизился к нам и попытался встать под козырек, но Илар каким-то неуловимым движением вытолкнул его под дождь. Юля отставала на десяток шагов, но упорно направлялась к нам. — Ну ты чего истеришь?

Господи, как же стыдно! И как меня вообще угораздило начать встречаться с таким человеком?

— Я не истерю, — как можно спокойнее ответила я. — Мы расстались, Леша. Точка.

— Слыш, — Леша окинул меня взглядом и снова попытался приблизиться. Нахмурился. — В тебе че-то поменялось, не?

— Ценное наблюдение. Уходи, Леш. Вон, тебя уже Юля ждет. — Я кивнула ему за спину. — А я замужем. Все уже. Ушел поезд.

Леша не обратил на это внимания, скользя глазами по моей фигуре вверх-вниз. Я попыталась представить, что он мог сейчас видеть, и невольно фыркнула. Да уж, от той мышки-старшекурсницы, которой я была несколько месяцев назад, мало что осталось. Мой костюм, скромный по меркам аренцийской королевы, был сшит точно по моей фигуре из тяжелой дорогой ткани, подчеркивал талию, грудь и бедра, хоть и не обтягивал их. Волосы я носила распущенными, пользуясь тем, что Брешка обожала вплетать в них украшения. Но главное изменение, наверное, было все же не в этом.

Я просто наконец научилась быть собой. Выбирать сердцем, где и рядом с кем я хочу быть, как себя вести и чем заниматься. Сейчас я, даже будучи бедной студенткой, я ни за что не смирилась бы с тем, как относился ко мне Лешка — не говоря уже о том, чтобы планировать с ним свадьбу. Благодаря Илару я поняла, как может выглядеть любовь, и уже ни за что не обменяла бы ее на суррогат.

— Это вот этот что ли? — Лешка кивнул на Илара. — Ну так давай мы посмотрим, кто тут круче.

— Грифоний коготь, — закатил глаза Илар, загораживая меня собой. — Бить крестьянина, как низко я пал.

— Это кто тут крестьянин, хлыщ ты разодетый?! Да я боксом занимался, знаешь? Давай! — азартно предложил Лешка, изображая что-то вроде бойцовской стойки. — Как мужчина с мужчиной!

— Давай, — кивнул Илар и, лениво замахнувшись, сбил Лешку с ног одним ударом.

Тот упал в лужу и взвыл, держась за щеку.

— Нет, это не та битва, которой ты достойна, — вздохнул Илар и обернулся ко мне. — Когда вернемся в Аренцию, я устрою в твою честь турнир, чтобы сразиться с лучшими рыцарями королевства за право носить у сердца твой платок. А то что это я… даже поухаживать не успел толком, сразу к алтарю потащил.

Илар поцеловал мою руку, а затем снял с себя верхнюю рубашку, оставшись в нательной кирасе. Поднял рубашку над моей головой, образуя что-то вроде навеса.

— Ты говорила, нам нужно куда-то идти? Кажется, твоя мать нас ждет? Леди, — кивнул Илар остолбеневшей Юле. — Счастливо оставаться.

Какое уж тут счастливо? Держу пари, Лешка сегодня лишится сразу двух девушек.

* * *

В середине рабочего дня мамы дома, разумеется, не оказалось. Я даже была рада этому, потому что у меня хватило времени для того, чтобы взять из серванта деньги для оплаты такси (Илар все норовил наградить возницу кольцом с рубином), заварить чай и ответить на миллион вопросов Илара, который внезапно регрессировал до четырех лет — возраста, когда речь ребенка состоит из одного лишь вопроса "Почему?".

— Твой мир чудесен, — объявил Илар, когда я показала ему телевизор и объяснила, что это такое. — Я хотел бы в нем остаться и смотреть в это волшебное зеркало много дней напролет!

— Вот так всегда, — притворно вздохнула я. — Выходишь замуж за короля, а получаешь любителя волшебного зеркала.

Илар нахмурился, не понимая шутки, и тут в замке заворочался ключ.

— Машенька? Ты уже дома? Что-то случилось?

— Мама! Мамочка! — я рванула ей навстречу и крепко обняла. — Я так соскучилась!

— Да ты что, — мама отстранилась. — Я же вся мокрая. И мы только утром виделись. Или...

Рассмотрев меня хорошенько, мама осеклась. Бросила взгляд мне за плечо и остолбенела.

— Вы кто?

Я обернулась.

— Мама, это Илар, мой муж. Хм... король.

— Ты надо мной шутишь? Где ты взяла такую одежду? И украшения? Что происходит?

— Наверное, нам лучше пойти на кухню, — вздохнула я. — Переодевайся, а я пока поставлю чайник.

Спустя пятнадцать минут, когда я успела приготовить чай, а Илар — нарезать бутерброды ("Холодильник? У вас есть специальный шкаф с холодом? И работает без магии?") на кухню вошла мама. С высушенными и уложенными волосами, одетая в свой лучший брючный костюм — видимо, не хотела, надев халат, ударить в грязь лицом перед Иларом.