Ухнула сова, и я неосознанно дёрнулась — Тар подал сигнал. На поляну вышли двое. Вериан и Оруш лениво повернулись в их сторону, те подняли руки, показывая, что безоружны, и наши караульные жестом пригласили их к костру.

— Тёмной ночи, путники, — приветствовал один из незнакомцев, с короткими светлыми волосами. — Можно к вашему огню? Мы из Градинки в Зелень идём, да заплутали немного, должны были к ночи выйти, а вона оно как получилось.

— И вам тёмной. Так Градинка же в другой стороне немного, — со знанием дела ответил лорд Вериан, словно сам каждый день из Градинки в Зелень бегал.

— Мы с возницей договорились, что в Хмельск ехал, а тот шельмец другой дорогой поехал, гостинце ему надо было родне и Изюмку завезти, а мы поворот-то и проспали, вот теперь своим ходом идём…

Ой, как складно поёт, только помня о словах Тара, я внимательно осматривала одежду этих двоих, и не выглядела она не сильно помятой, какой должна быть, ежели бы они в телеге уснули, да и сапоги не сбитые и не такие уж и пыльные. Врут, был мой окончательный вердикт.

Оруш с Верианом меж тем, сочувствующе кивали и поддакивали, щедро делясь нашими запасами с теми, кто убить нас же и собирается.

Где же остальные пятеро? Окружают, гады, пока эти внимание отвлекают да по сторонам бросают осторожные взгляды, тут и великим полководцем быть не надо, чтобы понять.

Словно в подтверждение моих слов, те двое, которые уже у костра расположились, синхронно вытащили из-под плащей кинжалы и… одновременно свалились около костра под одинаковыми ударами, моментально среагировавших Вериана и Оруша. Несмотря на различие происхождений и занимаемого положения, удары у наших защитников были почти одинаковые — резко выброшенным ребром ладони в шею противника.

— Говорил же ему, сначала думать, а потом бить, — едва слышно и с явными нотками укора прошипел Велдран, завозившись в своём убежище.

В следующий момент из леса вылетели стрелы, и Вериан с Орушем ничком бросились на землю, а я едва успела зажать себе рот рукой, чтобы не закричать от страха. Снова повисла тишина. Ни звука не раздавалось в ночи, лишь ветки трещали в костре, время от времени рассыпая искры. Вновь залп из стрел, только теперь немного из другого места и чёрное оперение мрачным знаменем замерло в тех самых одеялах, под которыми должны были быть мы. Ещё и ещё, стрелы вылетали из тёмной стены леса такими же тёмными и бесшумными вестниками смерти… Вериан и Оруш, затаившись за лежавшими на земле стволами деревьев, которые были притащены из леса и служили импровизированными лавками около костра, не могли даже и головы поднять, что уж было говорить о прочем.