Стешка готовила отвары и мази, и они помогали, но ненадолго, впрочем, Митя и этому был рад.

Но более всего его угнетало то, что он так и не сумел разузнать о судьбе Вареньки. Девушка точно в воду канула. На все запросы в Петербург Митя получал телеграммы о том, что подобные данные ему не доступны. И даже Марсель Маратович не смог разузнать для него о судьбе мятежной ведьмы.

Так что за те полгода, которые Митя занимал кабинет начальника, он и впрямь размяк. Стараясь отстраниться от текущих дел и часто пребывая в гнетущем настроении.

Отогнав прочь мрачные мысли, маг подхватил цилиндр, направился к выходу, но видимо у судьбы имелись свои планы на сегодняшний день, потому как едва он переступил порог кабинета, двери департамента распахнулись, пропуская посетителей.

Митя привычно воспользовался моноклем, проверяя сущность входящих. Стеклышко блеснуло, излучая магию и открывая взору пустой коридор.

От удивления маг остановился и, не веря своим глазам, он еще раз взглянул на пришедших. Что ж, сомнений не осталось. Прямо перед ним стояла семья оборотней. Тех самых редких и законопослушных жителей Российской империи, о которых он не далее, как пять минут назад, рассказывал Стеше, в глубине души радуясь их отсутствию в Крещенске.

Однако теперь перед Митей целое стояло семейство, что наводило на определенные мысли.

Глава семьи, мрачный коренастый мужчина, с пышными баками, обвел взором безлюдную приёмную. Бросил взгляд на пустую конторку, где раньше обитал денщик. Шумно втянул воздух, как бы принюхиваясь к новой обстановке, и недовольно скривил губы. Хмуря и без того густые, срастающиеся на переносице брови, он снял цилиндр, пригладил ладонью непослушные темные волосы, чуть тронутые на висках сединой, и произнес:

— Да уж, это вам не столица.

— Виктор, не надо, — тихо произнесла стоящая рядом женщина в шерстяном дорожном платье и осторожно тронула супруга рукой, — не надо, — повторила она, — дети смотрят.

Дети и впрямь не сводили глаз с отца, точно ожидая команды. Трое мальчиков таких же крепких и растрёпанных, как их родитель, и девушка, больше похожая на мать, в легком пыльнике поверх платья и шляпке с вуалью, ловко лежащей на иссиня черных волосах.

Не желая начинать столь неожиданное знакомство с конфликта, маг прошел вперед, положил цилиндр и перчатки на конторку и улыбаясь протянул Виктору руку.

— Добрый день, я начальник данного департамента зеркальной магии, Демидов Дмитрий Тихонович, чем могу помочь?

Оборотень взглянул на самого Митю, затем на протянутый железный протез и хмыкнув ответил на рукопожатие, добавляя.

— Вот прибыли в ваш город для проживания и пришли засвидетельствовать сей момент.

— Буду рад помочь вам в этом, — предложил маг, приглашая в свой кабинет.

Мужчина кивнул и тяжело шагая направился к двери. Стешка, выглянув в коридор, подозрительно прищурилась, и Митя, замыкавший шествие, приметил как женщина, проходя мимо ведьмы нервно повела плечами. Девица же наоборот, робко улыбнулась и кажется, была бы не прочь разглядеть обстановку комнаты подробнее.

Зайдя в кабинет, Митя тут же предложил Виктору и его супруге присесть, а сам принялся готовить бумаги, размышляя о происходящем.

Оборотней не любили все. Церковь за то, что нелюди. Светские власти за то, что подчиняются магическому Департаменту. Но более других волколаков недолюбливали именно Зеркальщики, а все потому, что зеркальная магия на них не действовала.

Любые заклинания рассыпались едва коснувшись представителей этого вида. За оборотнями не выходило подглядывать в отражениях или проводить их через портал. Оттого, даже при задержании одного из них, приходилось доставлять его в столицу исключительно обычным способом, в кандалах, запертым в железной клетке. Единственные, кто мог управиться с оборотнями, оставались ведьмы, их травы и заговоры действовали на них, как на любого человека. Это являлось одной из причин обязательного нахождения ведьмы при каждом департаменте.