Она что-то еще злобно и язвительно выговаривала мне, но я ее уже не слышала. Я во все глаза смотрела на свое отражение в идеально отполированной металлической пластине на стене. Вернее, совсем не на свое!

Из «зеркала» на меня смотрела невысокая худенькая девушка лет восемнадцати… с ужасными ожогами на правой стороне лица, которые шли от коней волос до подбородка и спускались на шею, захватывая ее всю, и ключицы. Левую сторону лица покрывали давно зажившие порезы. Господи, что это такое?!

- Насмотрелась, красота неописуемая? - ржала рядом сволочная баба. - А теперь иди надевай свой обычный балахон и не вздумай больше пугать людей этим безобразием!

Быстро вытолкав меня в коридор и захлопнув дверь, она еще долго смеялась и поносила меня на все лады перед своей помощницей. А я медленно побрела в сторону комнаты, пытаясь осознать, что увидела минуту назад.

Да, я точно стояла перед зеркалом, но в нем однозначно отражалась не урожденная Елена Смолякова, хотя это отражение повторяло все мои движения! То есть получается, что каким-то образом я оказалась… в другом теле!

Но как такое возможно?! А если я сейчас в другом теле, то получается, я все же умерла? Боже, с ума можно сойти от всего этого!

Каким образом вообще случился такой перенос сознания? Или перенос души, как правильнее?

И где я теперь? Настоящее, прошлое, параллельная реальность, другой мир?

Может, все то, что они говорили о магии, зельях и прочем - это правда? Тогда я все же в другом мире, где эта самая магия есть.

Похоже, придется пока сидеть тихо, как мышь под веником, прикинуться беспамятной и учиться жить в новой реальности…

А с новым воплощением мне крупно не повезло. Похоже, в здешнем обществе серьезное расслоение на аристократов и безродных, как когда-то было в моем родном мире. И, насколько я успела понять, я служанка в богатом то ли поместье, то ли замке. К тому же у меня жуткие изъяны во внешности, а еще я почему-то не могу и слова произнести. Над девушкой, в тело которой я переместилась, здесь насмехаются и издеваются, а кто-то даже не побоялся столкнуть ее с лестницы. Ведь не просто так она упала и умерла, после чего на ее место пришла я.

И эти шрамы от ожогов… Почему я их никак не ощущаю? По идее, сразу должна была почувствовать, что кожу тянет, но нет. На ощупь, когда пальцами прикасаюсь, неровности чувствуются, а вот тяжей нет. Ладно, с этим еще буду разбираться. Возможно, в этом мире все по-другому, не так, как я привыкла, и последствия ожогов не такие, как в моем, кто знает.

В общем, вот такой замес, Леночка. И как будем дальше жить?

Зайдя в комнату, я бухнулась на кровать и закрыла глаза. Не буду думать об этом сегодня, подумаю об этом завтра.

И уснула. А во сне перед моими глазами пронеслись обрывочные картинки чужой жизни.

Глава 5

Глава 5

Проснулась я на рассвете с плохим настроением и тяжелой головой.

А все из-за того, что всю ночь мне снились кусочки чужой жизни, как мозаика, или скорее калейдоскоп, потому что перетасовывались они как попало - никакой хронологии, никакой связи между событиями, разрозненные картинки, как слова, вырванные из контекста. Поэтому и в голове у меня сейчас была полная каша.

- Вставай, лентяйка! - дверь распахнулась, и в комнату вошла все та же грубая тетка, Зельда, кажется, что не давала мне покоя вчера. - Переодевайся и берись за работу! Пока все не догладишь, завтрака тебе не будет!

Ладно, глупо было бы качать права, не в той я ситуации, надо сначала осмотреться и навести порядок в голове. Может, вспомню постепенно что-нибудь стоящее.

Послушно поднявшись, выбрала одно из старых платьев из шкафа, закрывающих горло, прошмыгнула в уборную и быстро привела себя в порядок.

В гладильне было уже гораздо меньше белья. Видимо, вчера или та молодая девушка хорошо поработала за двоих, или эта баба все-таки побоялась и дальше лентяйничать, и они вдвоем перегладили те горы, что возвышались на всех поверхностях.

Хотя нет, обе они сейчас так отчаянно зевали и терли глаза, что стало ясно: пахали всю ночь.

- Все, мы пошли. Остальное - твоя забота. До завтрака должны быть поглажены платья госпожи, а до обеда - все остальное. Не успеешь - твои проблемы, хозяйка прикажет всыпать тебе плетей, - процедила Зельда и, шаркая, направилась на выход.

- Проверь гладильный артефакт для платьев, - шепнула мне едва слышно выходящая следом за ней Мара. - Она возле него крутилась, могла сбить настройки. А еще все артефакты разрядились, придется тебе вливать силу во время работы.

Я благодарно кивнула. Правда, ничего не поняла, но сделала вид, что все в порядке.

Интересно, что у нас за зверь такой - гладильный артефакт? И как это - вливать силу во время работы? Какую вообще силу? Мне бы еще инструкцию, желательно в видеоформате, а?

Но чего нет, того нет. В гладильне стояла тишина. Ну, хотя бы мешать никто не будет, и то хлеб.

Подойдя к большой гладильной доске, я осмотрела ее. Гладилка как гладилка, только длиннее и пошире, чем привычные мне домашние земные варианты. Оглядевшись, в углу на столике заметила нечто, похожее формой на утюг.

«Гладильный артефакт» - неожиданно всплыло в памяти.

Опа! А у меня в голове, оказывается, виртуальный помощник после прошедшей ночи завелся! Пусть и с обрывочными данными, но хоть как-то можно будет ориентироваться.

Взяв в руки утюг, я начала его осматривать. Ага, вот эти четыре камешка регулируют температуру нагрева поверхности артефакта, это и без подсказок можно сообразить. А как его включать?

Ну, память, давай, помогай!

Но полезные мысли не спешили появляться.

Тогда я положила на гладильную доску простыню из ближайшей корзины и начала водить артефактом по поверхности, надеясь, что либо так пробудится мышечная память, либо включится очередная подсказка в мозгу.

И сработало! Я вдруг поняла, что нужно делать. Как-то само собой получилось, что от меня к утюгу потянулась невидимая нить, которую я почувствовала на каком-то интуитивном уровне, и в следующую секунду один из камешков на артефакте загорелся.

«Выставлен на постельное белье» - очередная подсказка от чужой памяти.

Ну, слава богу, хоть можно работать, а то как-то совсем мне не хочется, чтобы меня высекли плетью. Интересно, та сила, которую я ощутила, это бытовая магия? Или что-то другое? Надеюсь, разберусь со временем.

Потренировавшись на нескольких простынях и наволочках, я поняла, что мышечная память тоже работает! Я прекрасно справлялась, как будто всю жизнь этим занималась. Значит, основные навыки у этого тела должны остаться, это радует.

Но мне сказали в первую очередь выгладить платья. И, если я правильно поняла, для них существует отдельный артефакт, позволяющий разглаживать их прямо на манекене.

Действительно, на том же столике лежал еще один предмет. Правда, на традиционный утюг он мало похож, но я точно знала: это он.

Хм, что там Мара говорила? Зельда что-то с ним могла нахимичить?

Решив не рисковать с платьем, я взяла кусок ткани, начала его проглаживать и направила в артефакт ниточку силы, как и в прошлый раз. И тут ткань вдруг просто вспыхнула у меня под руками, я еле успела отшатнуться!

Вот Зельда, вот гадина! Выругавшись мысленно, я посмотрела на артефакт, на котором сейчас тревожно мигал красный камень. Точно, она сбила настройки! Выставила запредельную мощность, и когда я влила силу в артефакт, он просто начал испепелять все, чего касался!

А если бы я сразу попробовала выгладить платье на манекене? Оно бы вспыхнуло, как спичка! Я бы уничтожила дорогую вещь, за что меня точно наказали бы, а главное, могла устроить пожар! В этом помещении практически все может легко гореть!

У меня мороз по коже прошел. Не так ли получила ожоги девушка, в чьем теле я оказалась?

Я пока этого не знаю, а нужный файл в памяти не открывается.

Надо быть вдвойне осторожной.

Подправив настройки, я взялась за отутюживание хозяйских платьев, и к завтраку, когда в гладильне появились две личные служанки госпожи, все пять штук уже были полностью готовы.

Решив сначала догладить остальное, а потом уже идти есть, я занялась постелью, покрывалами и шторами, и к обеду на столах лежали аккуратные стопочки выглаженных тканей.

Фух, с этим я справилась! Теперь следующий квест - общий обед с другими слугами, которые знали прежнюю Лиску. Хорошо хоть говорить я пока не могу, не надо ничего придумывать и выкручиваться.

Куда идти я, на удивление, знала, и вскоре вошла через черный ход на кухню, где уже сидели с десяток женщин различного возраста и пятеро мужчин.

На столах перед некоторыми из них в глубоких мисках стояла наваристая похлебка с кусками мяса, рядом лежали большие ломти ноздреватого хлеба. Необъятная повариха разливала суп в миски и отдавал остальным.

Подойдя к столу, я только собралась присесть на свободное место, как кухарка возмущенно напустилась на меня.

- Ты чего это удумала, а? Вон там в углу твое место, как всегда было! И там твоя еда!

Повернувшись туда, куда указывала женщина, я увидела маленький замызганный столик в закутке, на котором стояла остывшая… Нет, похлебкой я это назвать не могла. Это были натуральные помои! А рядом лежали черствые куски черного хлеба.

Я не поняла, это что такое?!

Две служанки, сидящие за столом и уплетающие похлебку с мясом, захихикали, провожая меня насмешливыми взглядами. То есть вот так в этом доме всегда кормили бедную девочку? Даже хуже, чем всех остальных слуг, таких же работников, как и она? Тогда понятно, почему это тело такое тощее. Интересно, это приказ хозяев или инициатива самой кухарки? И почему она не пожаловалась тому же дворецкому? А может, тут все так с ней обращаются и без толку кому-то что-то говорить?