– Ладно. Пусть так.

* * *

Джейн не успела воплотить своё намерение в жизнь: обстоятельства опередили её. Вечером того же дня за стенами форта ей встретилась незнакомая девушка, почти бесшумно крадущаяся к воротам. Вид незнакомки сбивал с толку. Она носила короткое платье из выделанных шкурок зверей – подобная одежда была в ходу у женщин из племени секотан. А вот светлая кожа, голубые глаза и огненно-рыжие волосы, свободными волнами ниспадающие по плечам, никак не сочетались с традиционным индейским нарядом. Справившись с первой волной удивления, Джейн подошла чуть ближе. На ум не приходило никаких версий, кроме одной.

– Вы – Мэри Локли?

Застигнутая врасплох девушка подозрительно прищурилась, прежде чем ответить. Когда она решилась заговорить, в голосе отчётливо угадывались враждебные нотки.

– Теперь меня зовут иначе.

Невольно зацепившись глазами за странный рисунок на её лице, расчерчивающий подбородок на три части, Джейн осторожно выдвинула предположение, пока ничем не подкреплённое:

– Вы… Стали частью племени секотан?

Та лишь нетерпеливо мотнула головой, раздражённая любопытством, и отрывисто спросила:

– Сайлас Фарлоу сбежал?

– Откуда такие сведения? – насторожилась Джейн.

– Разведчики секотан разузнали это.

Пришлось признать, что о местонахождении Сайласа сейчас и правда ничего неизвестно.

– Значит, разгуливает на свободе, – с горечью проговорила Мэри.

Девушку явно тяготил тот факт, что её обидчик ушёл безнаказанным. Джейн же размышляла о другом.

– Как вы здесь очутились? Индейцы не считают вас пленницей и разрешают вам покидать поселение?

Усмехнувшись, Мэри показала ей амулет – перо орла.

– У каждого в племени есть такое. Самое главное перо – у шамана. Если я не вернусь, его талисман укажет путь к моему и меня найдут.

Джейн без тени удивления выслушала это объяснение. Уже привыкшая к шаманским ритуалам, она не сомневалась, что так и случилось бы. Судя по всему, Мэри тоже верила в то, что сказала. Это породило новый осторожный вопрос.

– Вы действительно ощущаете себя частью племени?

– Не знаю. Моя жизнь слишком резко изменилась… – Мэри тут же остановила себя, вновь с подозрением взглянув на собеседницу. – А вы сама кто такая?

– Я… Временно проживаю в форте капитана Лейна, – слегка замешкалась Джейн, спеша уйти от темы. – И я слышала о вашей ужасной судьбе, только не знала, живы ли вы.

– Как видите.

– Я надеялась на это! Раз секотан согласились на обмен, зачем им лишать вас жизни.

– Секотан согласились на обмен, потому что их стало слишком мало, – поправила Мэри, мрачнея. – Многие погибли от рук переселенцев. Теперь им нужны женщины, чтобы племя не исчезло с лица земли.

– Вас принуждают…

Джейн не договорила, ужаснувшись, но Мэри сразу опровергла её невысказанную мысль.

– Нет, не принуждают. Они дали мне время, в отличие от Сайласа Фарлоу.

Судя по ненависти, с которой она произносила это имя, мисс Локли явно не ожидала того, чем встретил её Новый Свет, не готовилась к тому, что станет разменной монетой, и, по-видимому, среди индейцев теперь чувствовала себя спокойнее, чем среди колонистов.

– Вы не хотите покидать секотан?

– И вы бы не захотели, окажись на моём месте.

– Думаю, я бы постаралась договориться, – предположила Джейн. – Если бы меня попытались продать, обратилась бы к губернатору за защитой.

– Губернатор не стал бы слушать, – Мэри закатила глаза. – Мужчина, которому я предназначалась, умер от лихорадки, и Фарлоу забрал меня как вещь, не спрашивая ничьего разрешения. А что было потом, лучше не вспоминать.

Она обхватила себя руками и из-за этого жеста вдруг показалась совсем одинокой и уязвимой.

– Так что вы собираетесь делать теперь? – с сочувствием спросила Джейн. – Поговорите с капитаном Лейном?

Мэри отступила на шаг назад.

– Нет, я не хочу говорить ни с кем из колонистов. То, что я пришла сюда… Глупый порыв. Если Фарлоу сбежал, никто из переселенцев пальцем о палец не ударит, всем плевать. – И она хмуро воззрилась на Джейн. – Я больше не покажусь, мне нечего здесь искать. Прошу, не говорите, что видели меня.

– Как вам угодно.

Мэри поспешила прочь, перемещаясь так же тихо, как это умели делать секотан. Джейн проводила её долгим взглядом. Неожиданное знакомство оставило смешанные впечатления. С одной стороны, мисс Локли выжила – эта радостная новость наверняка ободрила бы Ральфа и, возможно, повлияла бы на его решение отказаться от казни. С другой, слова Мэри потдверждали, что Сайлас действительно поступил низко и подло, поэтому он заслуживал наказания. «Я рассуждаю о его судьбе, тогда как он улизнул на волю, – поморщилась Джейн. – Что, если мы и вовсе не сумеем его разыскать?» Непрошеная тревога разгоралась всё сильнее – и тут позади послышался вкрадчивый шелестящий голос.

– Не этот ли человек вам нужен, мисс Хантер?

Уолтер – ну разумеется, кто же ещё решил явиться в момент смятения! – стоял неподалёку с весьма ехидным видом, точно наблюдал весь разговор Джейн и Мэри. Перед ним прямо на земле сидел Сайлас – исхудавший, заросший щетиной, со связанными за спиной руками. Несмотря на жалкий вид, он ухмылялся абсолютно так же дерзко и раздражающе, как и в прежние времена.

– Ну же, это он? – подстегнул Уолтер.

– Тебе прекрасно известно, что да, – бросила Джейн. Она старалась не смотреть на Норрингтона, особенно – на его губы.

– Значит, вручаю вам этот трофей.

– Эй! – недовольно воскликнул Сайлас, вскинув голову. – Мы с вами так не договаривались, господин, как вас там… Девчонка Хантер сдаст меня капитану, а тот меня вздёрнет. Вы ж, когда мне побег устроили, совсем другое пообещали…

«Так вот чьих рук дело этот побег, – скривилась Джейн. – Следовало догадаться».

– Что же я пообещал? – Норринтон переспросил совершенно спокойно и сверху вниз взглянул на Сайласа. Что Фарлоу увидел в этом взгляде, Джейн не знала, однако больше он не проронил ни слова и только вжал голову в плечи, пытаясь стать незаметным. – Хорошенько запомните, мистер Фарлоу. Обещания, данные тёмным духом, не то, что смеет обсуждать простой смертый человек.

– Интересно как у вас складывается, – процедил Сайлас. Он умерил дерзость и всё же не мог переделать мятежную натуру, подталкивавшую к спору со своим могущественным покровителем. – Вытащили меня, задурили голову, посулив богатство, а теперь…

– Богатств вам уже сполна хватило, мистер Фарлоу, – недобро улыбнулся Уолтер. – Разве не вы украли у губернатора Стивенсона серебряную чашу?

– Что?! – ахнула Джейн. – Из-за этой кражи и началась вражда между нами и секотан! Сайлас, неужели ты…

Не дожидаясь, пока она завершит фразу, Фарлоу оборвал её гнусным смехом.

– Славная была задумка и сработала как надо. Стивенсон сразу на краснокожих подумал, меня не заподозрил.

– Дрянь! – разъярилась Джейн, с трудом подавляя желание ударить его. – Как ты мог так подставить туземцев…

– Будто бы их без меня не перебили рано или поздно, – парировал он.

Она хватала ртом воздух, не находя слов. Заговорил Уолтер.

– Вырисовывается любопытная картина. Этот человек спас вас из топей, мисс Хантер, вы не можете желать ему смерти. В то же время прегрешений за ним достаточно, чтобы избрать самую суровую меру наказания. Как же надлежит поступить?

– Это не мне решать, – выдавила Джейн, ненавидя Норрингтона за то, как он играл на противоречиях, получая удовольствие от её метаний.

– Жаль, что вы боитесь вынести вердикт, – вздохнул Уолтер. – Я бы хотел знать, какой вы видите судьбу мистера Фарлоу. Раз так… Оставлю его здесь. Либо он снова сбежит, либо вы оповестите капитана Лейна, что преступник нашёлся.

Джейн перекосило от злости и отчаяния: он всё-таки изыскал способ поставить её перед выбором. «Позволить Сайласу сбежать… – ей вспомнилось лицо Мэри Локли. – Нет, это слишком. Пусть свершится правосудие, каким бы строгим оно ни оказалось». И она поспешила за Ральфом, хотя на душе сделалось тошно.

* * *

Лейн принял решение, нелёгкое и мучительное. Сайлас Фарлоу всегда был для него верным соратником, и даже теперь, не видя в мужчине ни капли раскаяния, Ральф жалел, что не может дать ему шанс. «Если дам, нарушу собственное слово, – безапелляционно осадил он самого себя. – Я поклялся не щадить тех, кто действует против своих же». Колонисты пришли посмотреть на казнь. Кто-то негромко, злорадно переговаривался, желая изменнику гореть в аду.

Кто-то не поддерживал жажду крови: так, Гилберт, недавно вставший на ноги, прихромал на опушку, где готовилась виселица, с явной неохотой. Дочь он оставил дома, рассудив, что подобное зрелище не для её хрупкой души.

– Мало нам гибелей, так ещё и своими руками жизнь забирать теперь… – вздохнул он.

С ним согласился миролюбивый Джон.

– Беда, беда, когда так. – Он грустно покачал головой.

Ривз, мрачнее тучи, держался в отдалении, как и Куана с Уильямом.

– Не могу отделаться от впечатления, что происходящее больше напоминает затянувшийся чудовищный сон, нежели реальность, – неуверенно пробормотал инженер, наблюдая за тем, как Ральф заканчивает последние приготовления. На толстой ветви дерева уже висела крепкая верёвка с петлёй, а под ней расположился ящик из старых досок.

– В моём племени с Сайласом Фарлоу поступили бы так же, если не хуже, – сурово отчеканил Куана.

– И всё же это неправильно… – Ривз остался при своём мнении.