– Вы хотите представить меня своим родственникам? – Она распахнула глаза.

– В качестве невесты, если вы согласитесь. – И Уильям оставил нежный поцелуй на тыльной стороне её ладони.

«Как там говорила мама? «Тебе необходим надёжный мужчина с хорошим именем и идеальной репутацией, который обеспечит тебя, защитит»… Да, я помню все её слова до сих пор. И неужели больше не ощущаю желания с ними спорить?» – едва веря в происходящее, подумала Маргарет. Неловко улыбнувшись, она ответила:

– Я буду счастлива согласиться. Однако обрадуются ли ваши родители? У меня несносный характер…

– Мои родители вырастили меня и трёх моих сестёр, мисс Эймс, – Уильям одарил её влюблённым взглядом. – Их не напугать несносным характером.

* * *

Те племена индейцев, которые ещё не попали в резервации, понимали, что время вольной жизни на исходе. Даже у воинственных команчей осталось слишком мало ресурсов, чтобы противостоять захватчикам. Пока же они ещё сохранили за собой несколько уголков прерии. После смерти Исатаи Куана принял роль лидера. Из-за нарушенного табу он не мог общаться с духами, как прежде, однако оставался храбрым воином и мудрым вождём. Он чувствовал, что рано или поздно команчи придут к неизбежному: сложат оружие и примут новую реальность, чужую для них. Тем не менее Куана, собирался сделать всё, чтобы добиться таких условий, которые не задушили бы культуру племени. Его верной помощницей стала Чони. Она проводила много времени как со старшим братом, так и с младшим, названым: команчи приютили Аски, чтобы мальчику не пришлось возвращаться в резервацию. Его нога полностью зажила, и к Аски вернулась прежняя детская живость.

– Куана? Ты готовишься к ритуалу? Будешь призывать духа-покровителя?

Обернувшись к мальчику, вождь мягко улыбнулся. Лунный свет отражался в его тёмных глазах и путался в длинных волосах.

– У меня его нет, Аски.

– Как, совсем? – Мальчик округлил глаза. – Я слышал, только не думал, что это правда. Ведь шаман не может…

Он запнулся. Обидеть того, кто дал ему кров, Аски не хотел, но и сдержать удивление ему удавалось с трудом.

– Да, обычно бывает иначе, – медленно кивнул Куана. – Но у духов на всё своё разумение. Моя тропа…

Он тоже умолк, ища слова. Аски стало стыдно: это место у подножия старого дерева на холме считалось уголком уединения, и, если вождь уходил сюда, никто его не беспокоил.

– Прости, что потревожил, – потупился Аски.

– Ничего. – Куана так и не завершил мысль. – В последние дни мне плохо спится, и я провожу ночи здесь. Раз сон не идёт, бесполезно гоняться за ним, – лучше отпустить и просто отдохнуть в тишине под звёздами.