И туда, в эту свежесозданную бездну, устремился водопад катастрофы.
Мощный поток, ревя и извиваясь, метнулся в новое русло и помчался дальше — мимо цитадели, в сторону, к скалам, к морю, с грохотом, способным разбудить спящих богов.
Секунду стояла тишина. Только ветер, редкие капли и потрескивание магии.
Вот и всё.
Опасность миновала.
Удивительно быстро — словно это было для Киана обычным делом.
Я обессиленно выдохнула и поняла — меня колотит.
Сильно.
Пальцы онемели, а холод проник так глубоко, будто пробрался под кожу и дотронулся до костей.
Колени подогнулись, и мир поплыл. Киан успел поймать меня — горячий, сильный, родной, но немного пугающий своей мощью.
— Имари… — его голос дрожал. — Сейчас я согрею тебя.
В отличие от меня, на Киана не действовал лютый мороз. Он был как печка, несмотря на полное «ню». Я попыталась улыбнуться, но губы уже не слушались.
В следующий миг тени вновь сомкнулись вокруг нас, открывая портал и унося с башни. Мы вывалились прямо в огромную залу с мраморной купелью, из которой шёл густой, обволакивающий пар. Киан не терял ни секунды — опустил меня в горячую воду.
Чувство было… божественным.
Тепло обняло. С лёгким покалыванием оно прогоняло мороз и проникало в самые глубины.
Я застонала от облегчения.
Киан вошёл в купель следом, полностью погрузился, притянул меня к себе, обнял и уткнулся носом в макушку. Так, мы и сидели несколько долгих минут, будто пытались убедиться, что оба ещё живы.
Когда тепло окончательно вернулось в тело, меня накрыло другое чувство — такое же обжигающее, но совсем иное. Мой дракон, словно ощутил этот жар. Его ладони пришли в движение, накрыли упругие полушария, поиграли с вмиг затвердевшими вершинками. Одна осталась, а вторая уже огладила рёбра и добралась до животика.
Со стоном я наклонила голову немного в сторону, подставляя шею, по которой тут же мягкие, тёплые губы проложили дорожку из поцелуев.
— Аврора, мне очень хочется продолжить, — хрипло выдохнул Киан прямо мне в ушко, — но сейчас не время, — он отстранился, а меня охватило чувство потери. Я неосознанно подвинулась к нему и потёрлась попкой о твёрдое желание. — Боги, не делай так! Иначе не сдержусь. Если бы ты слышала, что требует мой дракон…
— Могу представить, — игриво хихикнула я. — Моя тигрица тоже требует… ммм… Может…
— Нет! — его голос приобрёл стальные ноты. — Не сейчас! Я пойду за одеждой, а ты пока помойся, — он, быстро встал и вышел, оставив ошарашенную и перепуганную меня в одиночестве.
Вернулся Киан спустя полчаса. За это время я успела вымыться, высушиться, расчесаться и прокрутить в голове все самые ужасные сценарии развития дальнейших событий.
Он вошёл полностью одетый, держа в руках красивое голубое платье и небольшую коробку. Положил всё на кушетку и удалился, даже не посмотрев в мою сторону. Чувство тревоги нарастало.
Неужели после того, что между нами было, он снова превратится в сурового тюремщика? Эни тоже была в недоумении и взволнованно порыкивала.
Я взяла платье. Оно сильно отличалось от того, что мне дали раньше. Нежное, шёлковое, со вставками из тончайшего белого кружева. Длинное, струящееся по фигуре, без корсета. И судя по тому, как оно село, было изготовлено по моим меркам.
В коробке оказались домашние туфли в тон к платью и заколка. Заплела чуть влажные волосы в косу и стала думать, как лучше её закрепить. Я понимала, что нарочно тяну время, не хочу снова встретиться с его ледяным взглядом.
Дрожащими пальцами закрепила заколку просто на кончике. Подошла к двери, протянула руку и остановилась. Перед смертью не надышишься. Я взялась за ручку и решительно вошла в кабинет.
С момента моего первого появления в этом мире обстановка здесь изменилась. В глаза сразу бросился камин с потрескивающими в нём поленьями. Перед ним стоял большой белый диван, два кресла, невысокий столик, а на полу лежал пушистый ковёр.
Его драконейшество сидело в кресле и взирало на меня слишком пристально.
— Присаживайся, Аврора, — произнёс он и указал на диван. В голосе была теплота. Это немного успокоило, и я послушно расположилась на мягких велюровых подушках. — Расскажи мне всё сначала и до конца.
— Да я вроде уже рассказывала, но могу повторить — для забывчивых! — Обида на его поведение всё-таки прорвалась. Я глубоко вздохнула, не помогло. Затараторила без остановки, вываливая на него весь груз накопившихся эмоций.
В этот раз он выслушал всё до конца, и ни разу не усомнился в моих словах. Но в молчании, которое повисло после того, как я закончила, чувствовалось какое-то напряжение.
— Я вижу, ты что-то недоговариваешь. В чём дело? — В его глазах на секунду появилась тревога, а меня посетила страшная догадка. — Это из-за наказания? Ты должен выполнить свою миссию?
— Аврора, не смей думать о таком! Я не дам тебе умереть! Ты, моя истинная! Самое большое сокровище!
— Искупление грехов через мучения и смерть? — Произнесла безжизненным голосом. Внутри всё оборвалось.
— Ты не умрёшь! Я не позволю. — Уверенно произнёс он. — Истинные пары благословляют боги. Твоей вины ни в чём нет, а я искупил свою. Поэтому мне подарили тебя.
— Но боги отправили сюда не меня. Вдруг истинная — она? — с замиранием сердца озвучила самое страшное предположение.
— ЭТО ТЫ! Я чувствую. И мы удостоверимся прямо сейчас, — он начал расстёгивать рубашку. — Ты посмотришь на мою метку и…
Дальше я не слышала. Внезапно в голове что-то лопнуло. Чужой взгляд заскользил по внутренним стенам сознания.
— Киан… — я поморщилась, схватившись за виски. — Я ничего не вижу, всё расплывается, как в тумане. Изнутри… словно… режет…
Он мгновенно оказался рядом и притянул к себе.
— Аврора?
— Т-там… — я дотронулась до головы и задохнулась от боли. Последнее, что услышала, — полное отчаяния мяуканье тигрицы.
И мир померк.
Комната растворилась.
Я словно оказалась внутри стеклянного шара — прозрачного, холодного. Я видела всё происходящее… но не могла двигаться. Не могла крикнуть.
А перед Кианом стояла она.
— Ну здравствуй, муженёк, — произнесла она моим голосом. Нет, не моим — своим. — Кажется, маленькая самозванка решила уступить место истинной владелице.
44
44
Другая.
Я понял это ещё до того, как она заговорила.
Аура изменилась мгновенно — словно тёплый, живой свет, которым дышало присутствие Авроры, вырвали из пространства и заменили холодным, липким ядом. Тело, которое всего минуту назад тянулось ко мне родным теплом, теперь было чужим. Неправильным.
Её глаза…
Зелёные. Колючие. Хищные.
Не мягкие, не искрящиеся, не живые.
В них отражалась вся чернота её души.
И рога.
Раньше они исчезли — потому что Авроре были противны, как всё, что напоминало о той, в чьём теле она очнулась.
Теперь же чёрные изогнутые отростки вновь украшали голову Исхирь венцом порока. За спиной колыхался фиолетовый хвост с кисточкой — демонстративно, вызывающе.
Поза, жесты, взгляд — именно так и выглядит настоящая кровавая королева. Преступница, приговорённая самими богами.
Она вернулась, — как болезнь, что слишком долго дремала в теле, ожидая своего часа.
— Ну здравствуй, муженёк… — усмехнулась она, и это было самое страшное.
Голос, тело, лицо, — всё то, что полюбил — стало совершенно чужим.
— Где она? — спросил я глухо.
— Оу? — демонесса наклонила голову. — Ты ведь такой умный. Догадайся.
— Что ты с ней сделала, говори! Иначе…
Я шагнул к ней.
Тени пришли в движение. Зашевелились. Медленно. Страшно.
Она отступила на шаг. Потом в глазах мелькнуло торжество.
— Ты не можешь причинить мне вред, — лениво протянула Исхирь, наслаждаясь моей болью. — Я же твоя истинная, а значит… — она прошлась пальцем по груди, по сердцу, — ты — мой.
— ЛЖЁШЬ! Не ты!
Голос дракона наложился на мой.
Глухой.
Раздирающий.
Она скривилась, но быстро взяла себя в руки.
— Уверен? — прошептала.— А вдруг именно я! В любом случае, если ты уничтожишь меня… ты уничтожишь свою пару! А значит, и себя.
Секунда. И в памяти вспыхивает образ брата, которого я убил. Своим выбором. Своей гордыней. Своим «я решил».
Я медленно опустился на край стола. Вернулось то, от чего боги меня избавили — память.
Я слишком долго был пустым: без мыслей, без чувств, без имени.
Орудие.
Палач.
Теперь же сознание разрывало, как нарыв, который вскрыли без анестезии.
Мой брат! Мы были одинаковы внешне — до последней черты. Но не внутри. Он был… живым. Тёплым. Смеющимся по-настоящему. Сам свет!
А я — завистливым. Голодным. Одержимым. Сама тьма!
Я тогда уже знал, что она — не моя.
Она смотрела на него. Улыбалась ему. Оживала от одного его прикосновения.
А во мне внутри всё кипело.
Однажды увидев, как она стояла на балконе, а ветер ласкал её волосы, я подумал…
Я помню тот день. Слишком хорошо. Я выманил брата в ловушку, а сам занял его место. Солгал ей, а она поверила. Ведь даже допустить не могла, что это я. Мы стояли у алтаря и читали клятвы. Особые, которые блокируют истинную связь.
А потом была брачная ночь. Я владел её телом, наслаждался. Выплеснул всего себя. И в тот момент она поняла. Но было поздно.
Я сломал их судьбу. Забрал то, что мне не принадлежало. Убил их