- Так для этого же неасапианты есть, а клонирование людей…

- Запрещено, ага, как и темные искусства. Штампы используются, потому что неасапиантам по Женевским конвенциями положено участвовать только в армейских операциях.

- То есть это бородатый парень - реальная машина для убийств?

- Да. Это была реальная, и очень хорошая машина для убийств.

- Повод гордиться?

- Опционально. Но в первую очередь для меня это повод изменить твою программу тренировок, - усмехнулся Андре, поднимаясь. – Я отправил тебе файлы, как экипируешься, не забудь выгрузить в тактическую сеть новые нормативы.

- Хефе? – поинтересовался я в спину инструктору.

- Да? – обернулся он, уже взявшись за ручку.

- Анна Николаевна жива?

Андре на краткий миг с удивлением на меня посмотрел – не скрывая недоумения оттого, что я не знаю подобных вещей. Но быстро вернул себе невозмутимость.

- Думаю, ее светлость в ближайшее время позовет тебя на обед.

- Когда она вернулась?

- Сегодня утром, - произнес Андре и снова взялся за ручку двери.

Когда инструктор вышел, я посидел за столом немного, размышляя о происходящем. Потом пошел принять душ и переоделся. Одежду в перт-а-порте принтере печатал самостоятельно – Зоряна так и оставалась сейчас в Холмогорах, организуя быт усадьбы. И, надо сказать, очень мне ее не хватало.

На рабочем столе кабинета обнаружил карточку АйДи – ту самую, которую передавал обеспечивающим эвакуацию людям Ольги вчера вечером. Активировав меню, просмотрел входящие сообщения. Мельком – писем и оповещений было очень много, надо вдумчиво разбираться, а это уже после обеда. Особняком, оповестив вибрацией, появилось важное оповещение о том, что меня ждут на совещание с главой рода Юсуповых-Штейнберг. И через несколько секунд раздался предупредительный стук в дверь.

«Мы поедем мы помчимся на оленях утром ранним», - напевал я, выходя из кабинета. В сопровождении нового молодца из прислуги прошел в восточное крыло и зашел в рабочий кабинет княгини.

Анна свет Николаевна, одарив меня взглядом огненных глаз, приветливо кивнула. Анастасия, сидевшая по правую руку от нее, явно находилась в тяжелом раздумье. Княжна выглядела бледной как мел и закусила нижнюю губу так, что та побелела обескровленная.

Озаренная целительница расположилась напротив Анастасии. Я только сейчас, вблизи, увидел ее диадему и рассмотрел эмблему в виде белого глаза, роль век которого выполняли языки черного пламени. В памяти возникли неизвестные солдаты в черной форме у матовых внедорожников, замеченные мною среди встречающих. Именно такая эмблема была на двери одной из машин, только вот глаз тот был изображен на фоне прямого черно-белого креста.