— Эна, подними рубашку.

Девушка замялась. Я выглянула из-за фургона.

— Не волнуйся, никто не видит.

Нашему взору предстала затянутая тряпками грудь.

— Мой тебе совет, Эна, сними повязку, это может быть очень вредно. Не веришь мне, спроси у кого-нибудь из женщин, кому доверяешь.

— А к-ко м-мне не б-будут п-приставать? — запинаясь спросила девчушка, разматывая лоскуты ткани.

— Может и попытаются, но я уверена, что нирт тут же пресечёт их попытки.

Клэр судорожно кивнул. А что это с ним? То краснеет, то бледнеет, то порывается что-то сказать.

— В чём дело? — не выдержала я.

— Т-ты спи-ишь с ней? — наконец выдавил из себя Клэрион.

— А разве такое возможно? — я сделала оч-чень удивлённые глаза, — Хм-м, надо непременно попробовать.

Новое падение челюсти. Я не выдержала и расхохоталась на весь лагерь. Кровь ударила Клэру в голову.

— Тебе не кажется, Ола, что тебя давно не пороли? — прошипел он.

— Дорогой, ты можешь попробовать так со мной обойтись. Но как ты потом будешь заниматься любовью с Роной, не снимая доспехов?

— Почему это?

— Потому что ты должен хорошо знать, как я управляюсь с кинжалами. Убить не убью, но что-нибудь важное точно поцарапаю.

— Вилья, — прорычал Клэр, играя желваками, сжал кулаки, и, развернувшись, рванул прочь.

Всё таки, я его допекла.

— А ты что подслушиваешь? — накинулась я на Эну, застывшую рядом с открытым ртом, — У тебя что, дел нет?

Спустя мгновение её и след простыл.