— Один из партнеров отказался продлевать договор о найме моих судов, потому что твоя репутация может плохо сказаться на бизнесе, — признался отец.
И все. И это стало последней каплей! Бизнес для папеньки был, конечно, не важнее семьи, но значил очень многое. И такой удар… Но я-то здесь причем? В чем я виновата перед родителями? Разве я носила младенца в объединенный храм, ища благословение богов? Разве я отказалась от их дара? Разве я не была послушна во всем воле родителей? Ладно, во всем не была, но в главном определенно слушалась!
Обернувшись к матери в поисках поддержки, я лишь увидела ее взгляд, направленный на папеньку. Взгляд, полный сочувствия и сопереживания.
Небесная Мать, да сколько можно?! Фыркнув, я отбросила вилку и, развернувшись на пятках, выбежала из столовой. Пусть обедают в одиночестве! Пусть обсудят партнера-предателя, шепотом вспомнят дочь и все, что со мной приключилось за десять циклов. Я в этом участвовать не намерена! Мне нужно успокоиться. Подумать. И принять решение.
Нет, одно я уже успела принять. Я теперь точно-точно знаю, что от всей своей души ненавижу тосса Максимиана Кейда — идеально подходящего мне мужчину, предназначенного самими богами. Но это никак не могло мне помочь в сложившейся ситуации. А её нужно было менять, и уже давно. И если родители предпочитают виноватой считать меня, так тому и быть!
Взбежав по лестнице на второй этаж, я буквально ворвалась в свою комнату. Бедная Кира аж подпрыгнула с кресла, в котором предавалась любимому занятию — чтению дамского любовного романа.
— Олия, что случилось?
— Ничего! — огрызнулась в ответ. — Мне срочно нужно в храм. Я на миг, не отвлекайся!
— В храм? Олия, что происходит? — Служанка выглядела взволнованной.
— Хочу обратиться к небесной Матери!
Кира только с недоумением проследила за тем, как я выхватила из ящика комода тонкие кружевные белые перчатки и подхватила легкую сумочку, в которой и умещались-то несколько монет, небольшой флакончик духов и пара носовых платочков.
Не обращая внимания на верную подругу, я так же быстро, как вошла, выбежала из комнаты. И только поэтому не услышала тяжелый вздох Киры и ее задумчиво брошенную фразу:
— Как бы беды не случилось. Небесная Мать тоже не отличается легким нравом, прямо как сама Олия.
_________________________________________________________