Хотелось бы мне ему всё высказать, ой как хотелось! Только сейчас не время и не место. Вот как можно говорить о таком так спокойно? Сидит, прикрыв глаза, грудь мерно вздымается – ни волнения, ничего, словно, словно…у него вместо сердца ледяная глыба.

Гневно, с крупицами разочарования, отвернулась к иллюминатору. Хотя он же не сказал, что как-то по особенному ко мне относится? Небезразлична – это не симпатия и конечно же не любовь, это … Прикусив губу опять обернулась, посмотрела на него задумчиво, но ничего не изменилось: всё также спокоен, ровно дышит и кажется спит. Отвернувшись, устроилась поудобнее в кресле, погрузившись в размышления и не заметила как уснула.

Пробуждение было приятным: моя голова мягко, изредка покачиваясь, лежала на чём-то очень удобном, мягком, было тепло и очень уютно. Открыв глаза даже не сразу сообразила где я, а когда поняла, как-то нервно шарахнулась в сторону, тут же оглядев себя.

Мало того что я спала положив голову ему на грудь, так и его куртка сейчас лежала на моих коленях создавая дополнительное тепло.

– Извини, я случайно.– Пробормотала, протягивая куртку Максиму стараясь не смотреть на него, но взгляд, то и дело возвращался к его помрачневшему лицу.

– Опять шарахаешься от меня,– бросил он, забирая свою куртку и кидая её себе на колени.

– Я..

– Могла бы ещё поспать.

– Нет,– помотала головой. Хотела объяснить, что отшатнулась инстинктивно и дело совершенно не в нём, но взглянув в его глаза, где ясно читалось раздражение, не рискнула, струсила и отведя глаза выпалила:– мне нужно в туалет.

Мне не столько требовалось в уборную, как хотелось привести чувства и мысли в порядок и хоть несколько минут побыть в одиночестве.

Освежившись, вернулась обратно в уже более менее уравновешенном состоянии с успокоенным ритмом сердца, которое сорвалось в галоп стоило мне понять как я спала. Максим уже сидел что-то читая в своём планшете и я последовала его примеру – проведя время до посадки читая всё тот же нудный детектив.

Время между посадкой во Владивостоке и вылетом в Токио пролетело настолько быстро, что мы едва успели перекусить в одном из кафе аэропорта, как уже бегом мчались на посадку в самолёт. Максим, достав планшет, просидел уткнувшись в него весь полёт, только несколько раз отвлекаясь на проходящую стюардессу и спрашивая у меня хочу ли я поесть, кофе, чай и на заполнение каких-то бумаг, которые тоже отдал стюардессе.

Периодически кидая на него взгляды, порывалась заговорить с ним, благо и тема была подходящая: он ведь не успел рассказать про храм, но в итоге я так и не решилась, постоянно находя для себя отговорки. Когда уже вот-вот нашла подходящие слова, было поздно – объявили посадку.