– Но позже произошел взрыв, и часть крыши святилища взорвалась...

– И что с того?.. – вздохнула я. – С веревкой вряд ли хоть что-то произошло, с узлом тем более ничего не случилось – тот каменный выступ, к которому я привязала веревку, сорвало с места, и он полетел куда-то в сторону. Какой бы силы взрыв не был, но крепко затянутый узел ему не перебить.

– Перестань!.. – оборвал меня Себастьян. – Не стоит себя укорять – мы все ошибаемся. Что случилось – то случилось, и не стоит искать виноватых. А еще не забывай, что это именно ты сделала все, чтоб избавить этот мир от кровавого Бога, за что честь тебе и хвала! Сейчас лучше подумай о том, как быстрее поправиться...

– Я здорова!

– А вот я вижу, что у тебя сейчас все тело покрыто ранами и царапинами! К тому же мне надо посмотреть твою ногу – тебе же идти тяжело!

– Не надо ничего смотреть – у меня все нормально!..

Конечно, Себастьян прав – сейчас я выгляжу так, будто меня долго царапала стая разъяренных кошек, да и нога очень болит – ступать тяжело, но вот соваться со своими ранами к Себастьяну мне никак не хотелось. Почему? Не знаю. Окажись на его месте Грег – я бы без колебаний обратилась к нему с любой травмой, да и сам Грег меня особо не стеснялся, тем более что наши взаимоотношения очень смахивали на то, как общаются между собой брат и сестра. Что же касается Себастьяна, то мне отчего-то стыдно выглядеть в его глазах такой побитой, сплошь покрытой царапинами и синяками, лохматой, некрасивой, с хромой ногой, да еще из одежды на мне всего лишь эта дурацкая травяная юбка, которая окончательно делает меня похожей на чучело! В общем, сплошное убожество, на которое досадно смотреть едва ли не любому мужчине. Представляю, как напарнику неприятно иметь со мной дело, особенно если учесть, что ранее он общался только с девушками своего круга, изысканными, изящными, хорошо одетыми, обладающими безупречными манерами, для которых самая великая трагедия – это сломанный ноготь... Нет, об этом лучше не думать, а не то моя и без того не самая высокая самооценка упадет еще ниже.

– Алана, давай не будем спорить... – Себастьян пропустил мимо ушей мои возражения. – То, что у тебя болит нога – это видно сразу, так что не стоит отказываться от помощи. И потом, если ты не сумеешь идти быстро, то ничем хорошим это не кончится. От возможной погони, во всяком случае, уйти нам будет куда сложнее.

Против этого возразить было нечего, и я мысленно махнула рукой – пусть лечит. Вид у моей ноги, конечно, ужасный – мало того, что на ней от царапин и порезов нет живого места (увы, но когда я ползла по скале, то многократно поранилась об острые выступы и торчащие осколки камня), так вдобавок ко всему нога еще и синеет. Стоит порадоваться хотя бы тому, что ногти на пальцах ног не сорваны – эти травяные сандалии хорошо защищают ступни. Правда, на левой руке два ногтя я все же вырвала – тогда, на практически отвесной стене, я просто чудом не сорвалась вниз... Надеюсь, Себастьян не заметит моей изувеченной кисти.