— Все будет хорошо, Тивор, — улыбнулась девушка. Верилось в это с трудом, но и не поверить я не мог.

Как только и лис лишился своих оков, Кали снова повернулась к воде.

— Явите себя, Хранители!

Столбы опали, и сильный толчок в спину отправил меня за борт. Я только и успел, что набрать в грудь побольше воздуха, чувствуя, как заклинание марионетки отпускает тело. но с каждым усилием меня лишь затягивало глубже.

Глубже. Еще глубже.

В темную, бездушную, но живую бездну.

А над головой продолжало сиять солнце, виднелись размытые очертания корабля и матросов. Я дернулся, взмахнул руками. Туда. Наверх. К ним.

Вздулись вены и выросли когти, но тело не сдвинулось ни на мизинец. Через пятнадцать вдохов перестало хватать воздуха, тугой петлей сдавило горло, еще через два — неприятно загудело в голове, начало рвать легкие, рот наполнился кислотой. Корабль продолжал отдаляться, словно насмехаясь. Я дергался и бился в непонятных силках, пытаясь выдрать свою жизнь зубами у безмолвного ничто, но поверхность все равно становилась лишь дальше.

Накатили воспоминания, когда-то я точно также барахтался в ледяной, безразличной глубине, с привязанным к ногам камнем, тоже дрался со смертью за собственную драную шкуру. Когда-то давно.

Твою мать!