– Сейчас Даяне пальто принесут и двинем, – ответил Аринэль. – Да, госпожа Адельман. Возможно будет доставить наши вещи в Академию?

– Разумеется, господин Тайфол, – улыбнулась хозяйка.

* * *

А город и в самом деле был красив. Эти словно сошедшие с картин уютные улочки с магазинами и кафе, окружавшие центральную площадь. На эту самую площадь выходили фасады самых крутых, надо полагать, тут заведений (собственно, «Красной нити», к примеру), а напротив них, высились монументальные, но одновременно тоже красивые правительственные здания, с колоннами, ажурными балконами, лепниной. Вход во двор этих зданий преграждал железный забор, естественно тоже не просто вертикальные прутья, а со всякими завитушками, посередине каждой секции герб с летящей птицей.

В центре площади имелась этакая мегаклумба, окружающая фонтан. Как и в Академии из-за военного положения не работающий. Кстати, вот этот штрих Аринэлю на самом деле нравился. Вроде бы мелочь, но говорящая о многом. Как и момент с тем, что наследница престола на полном серьезе месит грязь наравне с остальными гвардейцами. А тут еще Ари узнал, что императрица имеет звание центуриона. Причем не формальное, как это было принято на Земле среди великосветской кодпы, а самое что ни на есть реальное. Юлиса с гордостью сообщила, что ее мать начинала простым стрелком.

Конечно, вряд ли все было уж так брутально, в смысле, чтобы наследница престола прямо-таки хлебала полной ложкой военный быт. Но, думается, насчет подготовки все было не шутейно. Вон вспомнить Хагера Аассена… Да, вспомнить. Ари хмыкнул. Оказывается, дамы и господа… Оказывается, Кайрасы и так уже родственники Апестис и конкретно Грестос. Дядя-то оказывается, отец принцессы. Вопрос теперь в том, на кой его об этом уведомили. Проболталась? Не смешите мой радикулит. Только не Юлиса Грестос…

Оставив по левую руку присутственные места местной власти, они по широкой улице вышли на набережную. По причине праздника, хоть его и не отмечали официально из-за совсем не веселых событий в Кантосе, народ гулял. Погода, как по заказу, была хорошей, солнце прилежно грело, будто лето вернулось. Правда ветерок с реки долетал весьма освежающий, напоминая, что уже середина осени и пальто лучше не снимать.

Река была облачена в каменные одежды набережной. Широкий тротуар от дороги отделяли ажурные кованые ограждения. А чтобы кто в реку случаем не забрел, по краю набережной тоже шел металлический заборчик. Прямо посередине тротуара был высажен ряд умей, которые уже почти сбросили листву. Камни мостовой ловко обтекали стволы деревьев, так что казалось, будто умейи проросли прямо через тротуар.